.. Сейчас на экране вы видите имена погибших.
Хантер впился взглядом в высветившуюся на экране фамилию Спирин и перевел взгляд на Омара.
– Как видите, я выполнил ваше дополнительное условие, – улыбнулся Омар. – Вы удовлетворены?
Хантер молчал. Между сказанными в горячке словами и их материальным воплощением огромная разница. Но он не жалел о своих словах. Нет, не жалел. Предатель Кулек заслужил свой конец.
– Вы удовлетворены, Хантер?! – повторил свой вопрос Омар. Он уже не улыбался, а, напротив, смотрел требовательно и жестко.
Но Хантер выдержал его взгляд.
– Да.
– Тогда ответьте: когда вы выполните свою работу? Когда расшифруете сигнал?
Задать такой вопрос мог только полный дилетант, ничего не смыслящий в криптографии.
Хантер пожал плечами.
– Я не могу сказать определенно. Возможно, через год, а возможно, и лет через десять.
– Что?!!! – Омар подскочил на месте, переломив пополам свою сигару. – У меня нет столько времени!
– А что вы хотели?! – пошел в наступление Хантер.
– Ваш сигнал закрыт шифром гарантированной стойкости! Чтобы расшифровать его, нужно перебрать миллиарды комбинаций. Даже «Гибсону» с его производительностью это не под силу сделать быстрее чем за несколько лет. Короче! Хотите получить текст – дайте мне цифровой ключ. Хотите получить ключ – дайте мне исходный текст.
– Ключ или текст? – повторил за ним Омар.
– Вот именно, – ответил Хантер, наблюдая за напряженной работой мысли, отразившейся на лице Омара.
Подумай, подумай. Иногда это бывает полезным.
Наконец, очевидно, приняв какое-то решение, Омар вскинул голову.
– Вы получите исходный текст, – твердо заявил он. – Но учтите, что после этого я не потерплю никаких отговорок.
* * *– Андрей Геннадьевич, вы европейские новости смотрите?!
Донесшийся из трубки бодрый голос Вероники не улучшил мрачного настроения Егорова. Очередной день розысков Джафара и его боевиков закончился впустую. Вопреки утверждению Ватутина, террористов не удалось обнаружить ни на следующий день после провалившейся операции по их задержанию, ни через два дня, ни через неделю.
На очередном совещании специальной оперативной группы подполковник Изместьев высказал мнение, что боевики скрылись из Москвы. С ним согласился и замнач Московского управления ФСБ генерал Олейников, так как это позволяло ему отменить в своем подразделении усиленный режим несения службы.
