Но после того как боевики «Аль-Каиды» расправились с ними, испанские судьи, арестовавшие Омара по нашему запросу, посчитали представленные доказательства его вины недостаточными и выпустили его. Дайте мне эту фотографию, и я засажу этого мерзавца за решетку!
Егоров и Вероника переглянулись.
– Вряд ли единственная фотография может служить доказательством его связи с террористами, – задумчиво сказал Егоров, затем снова перевел взгляд на Веронику. – А вот его контакты с Джафаром – да!
– О чем вы говорите? – вмешался в разговор Майкл.
– Твой Омар, – Егоров снова ткнул пальцем в фотографию, – во время похищения Уотерса находился в Москве! Проживал в «Президент-Отеле» под именем Анвера Гамсахурдия.
– А сейчас?! Где он сейчас?! – вне себя от волнения воскликнул Майкл.
На столе резко зазвонил телефон, и Егоров, наклонившись, стремительно схватил телефонную трубку.
– ...Да, просил! Когда?
Вероника, внимательно следившая за Егоровым, заметила, как его плечи бессильно опустились.
Он медленно, словно тяжелую ношу, положил трубку обратно и, собравшись с силами, разочарованно сообщил:
– Анвер Гамсахурдия два дня назад рейсом из Домодедово вылетел в Катар.
Глава 9
РАДИОПЕРЕХВАТ
Холодные волны Северной Атлантики, словно льдины, раскалывались о форштевень роскошной океанской яхты, рассекающей их на скорости тридцать узлов. Самих льдин вокруг видно не было. Гольфстрим уносил их дальше на северо-запад. Во всяком случае так Омару сказал капитан, а его словам можно было доверять.
По слухам, а Омар знал, что они верны, этот пятидесятитрехлетний морской волк прежде водил яхту самого Удая Хусейна, сына иракского президента. А тот доверял свою жизнь только опытным и на сто процентов проверенным людям, хотя это ему и не помогло. Омар усмехнулся. Пожалуй, при случае стоит спросить капитана, как он находит эту яхту в сравнении с яхтой своего предыдущего хозяина. В скоростных и прочих мореходных качествах она уж точно должна превосходить игрушку Удая.
С капитанского мостика было отлично видно, как разрезаемые форштевнем волны окутывают нос яхты тысячами холодных брызг. Но, глядя на них сквозь герметично закрытые иллюминаторы, невозможно было ощутить скорость яхты, почувствовать кожей обжигающий холод северного морского ветра. Открыв дверь, Омар вышел из капитанской рубки и по узкой металлической лестнице, поручни и ступени которой уже начали покрываться ледяной коркой, спустился на палубу.
