Снег покрывал лесную землю, и его одеяло было таким толстым и холодным, что Саймон уже с трудом вспоминал, что его не было в Джао э-тинукай’и, единственном месте, где зима еще не властвовала: здесь, за пределами волшебного круга зида’я, работа Короля Бурь стала ужасающе настоящей. Но теперь, понял Саймон, этот круг разомкнут. Кровь пролилась в самом сердце лета.
Они шли все утро и часть дня, постепенно удаляясь от самой густой части леса и приближаясь к его границе. Адиту ответила на несколько вопросов Саймона, но у них не было ни сил, ни желания для разговоров, словно ужасный холод заставил увянуть теплое чувство, которое когда-то расцвело между ними.
Все так же смущавшийся в ее присутствии Саймон почувствовал печаль, но мир каким-то образом изменился, и у него уже не осталось энергии для борьбы. Он позволил зимнему миру пролететь над собой, как во сне, и постарался ни о чем не думать.
Они уже несколько часов шли вдоль быстрой реки, следуя за ее течением, пока не вышли на длинный пологий склон. Перед ними расстилалась широкая водная гладь, серая и таинственная, как если бы она появилась из колбы алхимика.
Заросший деревьями холм, находившийся в тени, вздымался над водой, точно темный пестик.
– Вот цель твоего путешествия, – неожиданно сказала Адиту. – Это Сесуад’ра.
– Скала Прощания?
Адиту кивнула.
– Скала Расставания, – сказала она.
Теперь, когда отвлеченное понятие стало реальным, Саймон почувствовал себя так, словно вышел из одного сна и оказался в другом.
– Но как я туда попаду? Неужели мне придется плыть? – спросил он.
Адиту ничего не ответила, но повела его вниз по склону, где река, с ревом вырываясь из скалы, впадала в серую воду. Чуть дальше, вдоль береговой линии, в стороне от беспокойного русла, подпрыгивала на якоре маленькая серебристая лодка.
– Один раз за каждые сто зим, – сказала она, – когда идут особенно сильные дожди, земли вокруг Сесуад’ры заливает – хотя такое случилось впервые, когда на небе сияет Реника, Летний Фонарь. – Она отвернулась, не желая делиться мыслями, которые мог прочитать по ее лицу смертный.
– Мы храним хьянха – эти лодки – в разных местах, чтобы те, кто захотят посетить Сесуад’ру, могли туда добраться.
Саймон положил руку на борт маленькой лодки и почувствовал под пальцами гладкое дерево."
"– А ты уверена, что мне нужно именно туда? – спросил Саймон – он внезапно понял, что ему не хочется прощаться с Адиту.
Она кивнула.
– Да, Сеоман. – Адиту сбросила с плеч мешок, который принесла с собой.
