Деорнот повернулся и увидел, что Воршева сидит на лошади с прямой спиной, а ее лицо искажено страхом.
– В чем дело, миледи? – спросил Деорнот. – Что-то не так?
Она нервно улыбнулась.
– Мой народ всегда ненавидел и боялся эту долину. Хотвиг – человек клана, он никогда не покажет свой страх, но и он ее боится. – Она тяжело вздохнула. – А теперь я должна следовать за мужем в это ужасное место. Мне страшно.
Впервые с тех пор, как его принц привел эту странную женщину в Наглимунд, Деорнот почувствовал, как его сердце открывается для нее и наполняется восхищением.
– Мы все испытываем смертельный страх, миледи, – сказал он. – Просто остальные не так честны, как вы.
Он коснулся шпорами боков Вилдаликса и последовал по тропе за Воршевой."
"Над дорогой нависали лианы и переплетенные ветви деревьев, вынуждавшие путников постоянно наклонять головы. По мере того как они медленно покидали тени, подобно муравьям, ползущим по периметру солнечных часов, туман на склонах горы начал испускать необычное сияние в лучах полуденного солнца.
Деорнот подумал, что самым странным здесь был запах. Сесуад’ру окутывал аромат постоянного роста, воды, корней и влажной земли, которую очень давно никто не тревожил. Воздух здесь пах умиротворением, медленными, взвешенными размышлениями, но также и тревожным вниманием. Время от времени его неподвижность нарушали трели невидимых птиц, и их песни звучали серьезно и неуверенно, как у детей, шепчущихся в зале с высокими потолками.
Заросший травой луг начал уходить вниз у них под ногами, и путешественники миновали одиноко стоявшие белые камни, края которых заметно сгладило время – каждый был вдвое выше человека, а их неузнаваемые формы диковинным образом намекали на движение. Когда путники миновали первый, то впервые оказались на участке, залитом прямыми лучами солнца.
– Колонны-указатели, – сказала Джелой через плечо. – Каждая соответствует лунному месяцу. Мы проедем мимо дюжины, когда будем двигаться вокруг горы, пока не доберемся до вершины.
Как мне кажется, каждую вырезали так, чтобы она походила на какое-то животное или птицу.
Деорнот смотрел на круглый выступ, который вполне мог быть головой – интересно, какое именно существо он представлял. Стертый ветрами и дождями, камень потерял форму, точно расплавленный воск, лишился лица, словно забытый всеми мертвец. Он содрогнулся и сотворил знак Дерева у себя на груди.
