В отличие от четверки Йис-фидри, новые дварры боялись подходить к Мегвин и Эолейру слишком близко. Вместо этого они медленно прошли по каменным дорожкам и расселись среди сотен и сотен скамеек, повернувшись лицами к ярко сиявшему Осколку и продолжая сжимать тонкими руками кристаллы. Подобно умирающей галактике, в огромной мрачной чаше мерцали тусклые звезды.
– Им холодно, – прошептал Йис-фидри. – Они счастливы, что могут вернуться к теплу.
Мегвин вздрогнула, она не ожидала, что тишина может быть нарушена. Она вдруг поняла, что в этом подземном городе нет пения птиц и шороха ветра в ветвях деревьев, казалось, он весь соткан из тишины.
Эолейр окинул взглядом круг серьезных глаз, а потом повернулся к Йис-фидри.
– У меня складывается впечатление, что твой народ опасается этого места, – сказал граф.
Дварр выглядел смущенным.
– Голоса наших прежних хозяев пугают нас, вы правы. Но Осколок теплый, а в огромных залах и на улицах Мезуту’а холодно.
Граф Над-Муллаха сделал глубокий вдох.
– Тогда, пожалуйста, если вы поверили, что мы не причиним вам вреда, расскажите, где вы слышали имя Джошуа.
– Наш Свидетель – Осколок. Как мы вам и сказали. Ситхи обращались к нам здесь, в Месте Свидетеля, спрашивали про Джошуа и Великие Мечи. Осколок долго молчал, но в последнее время снова начал говорить с нами, впервые на недавней памяти.
– Говорить? – спросил Эолейр. – Как он говорил с вами? Что такое Осколок?
– Он очень старый. Один из самых древних Свидетелей. – В голосе Йис-фидри снова появилась тревога.
Его спутники качали головами, на узких лицах застыло смущение. – Он долго молчал. Никто из них не говорил с нами.
– Что ты хочешь сказать? – Граф посмотрел на Мегвин, чтобы проверить, разделяет ли она его удивление. Она избегала его взгляда. Осколок пульсировал мягким молочным светом, и Эолейр предпринял еще одну попытку. – Боюсь, я вас не понимаю. Что такое Свидетель?
Дварр задумался, он явно искал слова, чтобы объяснить то, что никогда не нуждалось в объяснениях.
– В далеком прошлом, – наконец заговорил он, – мы и другие, рожденные в Саду, могли беседовать благодаря определенным предметам, способным выступать в роли Свидетелей: Камни и Чешуйки, Водоемы и Костры.
Через эти вещи – и другие, такие как великая Арфа Наккиги, – мир Садорожденных был связан воедино нитями мысли и речи. Но мы, тинукеда’я, многое забыли еще до падения могучего Асу’а и значительно отдалились от тех, кто жил там… от тех, кому мы когда-то служили.
– Асу’а? – спросил Эолейр.
