– Шиди Му, – спросил у лекаря Шэнь Цинцю, – известны ли тебе такие разновидности чумы, которые способны мгновенно обратить тело человека в скелет?"
"– Никогда не слышал ни о чём подобном, – покачал головой Му Цинфан.
Поскольку они следовали против течения, стоило прекратить править лодкой, как их отнесло назад. Вновь подняв шест, Лю Цингэ сказал спутникам:
– Там впереди есть ещё.
И точно – вскоре мимо непрерывной чередой проплыло с полдюжины трупов. Как и первый, все они были закутаны в чёрное.
Уйдя в размышления, Шэнь Цинцю вернулся к реальности, лишь когда Лю Цингэ внезапно упёрся тонким бамбуковым шестом в стену пещеры, моментально остановив лодку.
Решив, что что-то случилось, Шэнь Цинцю вскочил с места.
– Кто там?
Из темноты доносился звук учащённого дыхания. Свет от фонаря на носу лодки смутно обрисовал очертания человеческой фигуры, затем раздался звонкий мальчишеский голос:
– Кто вы такие? Почему тайком пробираетесь по подземной реке?
– Это мне следует задавать тебе подобные вопросы, – парировал Шэнь Цинцю.
Даже стоя на корме утлой лодчонки, он производил впечатление величия и утончённости. Его одеяния цвета цин, струящиеся чёрные волосы, висящий на поясе длинный меч, а также исполненные сдержанности и невозмутимости движения создавали безупречный образ бессмертного мастера. Что и говорить, Шэнь Цинцю в совершенстве отработал собственный метод пускания пыли в глаза. Не подозревая, что имеет дело с прожжённым притворщиком, подросток и впрямь остолбенел от удивления.
– Уходите! Город закрыт! – выкрикнул он, когда к нему вернулось самообладание.
– И кто же, по-твоему, нас остановит? – хмыкнул Лю Цингэ.
– В городе чума, – заявил паренёк. – Если не желаете умереть, проваливайте!
– Братец, мы приехали сюда именно по этому вопросу… – приветливо заговорил с ним Му Цинфан.
Видя, что они не собираются отступать, мальчик сердито бросил:
– Вы что, человеческого языка не понимаете? Живо убирайтесь! А иначе не вините меня потом в неучтивом обращении! – Едва отзвучали его слова, как из темноты прямо на них устремился наконечник копья, варварская свирепость его натиска могла устрашить кого угодно.
Однако Лю Цингэ лишь холодно усмехнулся, отнимая шест от стены. Один взмах – и его противник полетел в воду. Глядя, как он барахтается в реке, изрыгая проклятия, Шэнь Цинцю поинтересовался:
– Как думаете, нам стоит его вытащить?
– Похоже, он полон сил и энергии, – отозвался Лю Цингэ. – Так что сам выберется, а нам пора в город.
