При этих словах сердце Шэнь Цинцю гулко толкнулось в груди.
Он имеет в виду, что собирается поступить с ним так же, как с оригинальным Шэнь Цинцю: сперва развеять прахом его репутацию, чтобы потом шаг за шагом, с мучительной неторопливостью загонять его в угол, пока не доведёт до гибели?
У оригинального Шэнь Цинцю было два самоубийственных по сути своей стремления:
1) «отведать» всех представительниц прекрасного пола (как невинных девушек, так и женщин);
2) изничтожить всех представителей сильного пола (как своих соучеников, так и всех прочих).
Однако Шэнь Юань, заняв эту оболочку, определённо не унаследовал ни одного из этих милых хобби своего предшественника, равно как его целей и идеалов, – так сможет ли Ло Бинхэ осуществить своё горячее желание сокрушить его имя и положение при изменившихся условиях?
От Системы последовал незамедлительный ответ:
?Дружеская подсказка: разумеется, сможет.?
«Захлопнись, а? – пробурчал про себя Шэнь Цинцю.
– Ни к чему лишний раз напоминать мне об этом, благодарю покорно».
?Не стоит благодарности. За этот ответ с вас не будет снято ни единого балла притворства.?
Шэнь Цинцю решительно жмакнул на крестик диалогового окна.
Он стоял, потирая горло, пока не обнаружил, что всё это время Ло Бинхэ просто пялился на него, по-видимому, не собираясь снова давать воли рукам.
«Да сколько можно на меня глазеть? Он что, пытается компенсировать те три года, когда не имел удовольствия поедать меня взглядом?»
Система и тут не замедлила вмешаться:
?Главному герою начислено 50 баллов крутости.
?
«Ты же вроде как обновилась, – возмутился Шэнь Цинцю. – Почему в таком случае ты даже не пытаешься объяснить, каким образом начисляются эти чёртовы баллы? Раз так, нечего потом цепляться, что я загребаю их нечестным путём! Откуда взялись эти баллы крутости, я ж сейчас вообще ничего не сделал! И ещё – не могла бы ты хоть какое-то время не встревать?»
После продолжительного молчания он спросил:
– Вот ты вернулся, и что теперь собираешься делать?
– Я тоскую по тому времени, когда учитель так хорошо со мной обращался, – отозвался Ло Бинхэ.
– Я вернулся, лишь чтобы повидаться с ним.
Шэнь Цинцю и без того знал, что ученик явился поквитаться с ним.
Однако он задал Ло Бинхэ вопрос и получил ответ: как ни странно, пока что их отношения можно было счесть вполне гармоничными.
