Пёс мечется по дворцу, пытаясь укрыться от разрушительных ударов, проламывает межкомнатные перегородки, носится по залам, надеясь укрыться от огня Дракона. Но сфокусированные, сжатые струи огня безошибочно преследуют синешерстного зверя, оставляя его в огне и обломках. Камни и мраморные плиты рушатся, встречая непробиваемую шкуру Пса.
— Мой дворец! — Айра своим чутким ликанским слухом улавливает острый вопль отца-короля. — Моя оружейная зала с трофеями!
Кенрис застыл на галерее, а вот от спутниц Данилы и след простыл.
"
"«Твои девки удрали, а я осталась с тобой», — мстительно думает принцесса, посмотрев снизу вверх на сосредоточенного Данилу, и тут же поражается собственным мыслям. Почему её это вообще волнует? Особенно сейчас, когда вокруг бушует пламя, её дворец рушится, а она вся извозилась в собачьем дерьме? Бред какой-то…
Но, чёрт побери, нельзя не признать, что слаженность работы Данилы и Дракона действительно поражает. Айра прекрасно знала, что её отец давно замышлял хитроумный план, чтобы полностью подчинить себе орнитантов и в конечном итоге завладеть их драгоценным крылатым ящером.
Отец был уверен, что сможет постепенно выдавить их в угол, через невыносимые поборы и искусственно созданные нищету и отчаяние, пока они не сломаются и не отдадут Дракона. Этот план был рассчитан на годы, но цель стоила ожидания. Получив в свои руки Дракона, ликаны стали бы непобедимыми. В сочетании с уже имеющимся Псом, они смогли бы подчинить весь Боевой материк, заставив его склониться перед их мощью.
Но Данила их перехитрил, забрав себе и слабаков-орнитантов, и Дракона. И теперь конунг ясно показывает, что с ним шутки плохи. Он управляет могущественной силой. Сейчас все сомнения в этом развеялись в пламени драконьего огня, обращающего в прах и камень, и амбиции.
— Ты ещё здесь⁈ — Данила, открыв глаза, неожиданно замечает Айру. — Ещё и к моим ногам приползла… Ты совсем дура, да⁈
Принцесса печально опускает голову.
В другие дни она бы убила любого за такие слова, но сегодня слишком многое подтверждает их правдивость. Белюга обвёл её вокруг пальца, как безмозглого волчонка.
— Беги нахрен отсюда! Пока не прибил, к чертям собачьим!
Айра, может, и дура, но жить ей всё ещё хочется. Принцесса вскакивает и, не оглядываясь, уносится прочь. Она знает — конунг не шутит. У него достаточно причин, чтобы её прикончить. Даже удивительно, что он ещё этого не сделал.
