Она не заносчива, просто блондинке не понравилось, как фамильярно Предякин обратился к ней и ко мне. Пускай мы и бывшие одноклассники, но Предякины и близко не графы.
— Да-да, конечно, — развязно соглашается Предякин.
— А остальных своих одноклассниц ты и не признал, Богдан, — укоризненно замечает Камила.
— Конечно, признал, Камил, — продолжает фамильярничать Предякин. — А ты, Данила, как всегда, окружен барышнями.
— Такова судьба любого женатого двударника, Богдан, — спокойно отвечаю, и Предякин тут же делает кислую мину.
Понятно, что он еще со школьной скамьи мне во всем завидует, так что особых усилий, чтобы уязвить его, прилагать не приходится — достаточно просто сказать правду.
— Ну да, только вам, двударникам, позволено многоженство, — бурчит он.
— Не завидуй, ведь рядом с тобой столь красивая барышня, — киваю в сторону Фиткиной, и она польщенно краснеет. — Моих жен Ларису, Камилу, Светлану и Елену ты знаешь, Богдан. Позволь представить госпожу Анастасию Горнорудову и панну Йоланту Ковальски…
— Панна Ковальски⁈ — восторженно восклицает Фиткина, всплеснув руками.
— Это же вы были на экране! Вы потрясающе играли! Особенно та сцена расставания… Мой платок мокрый насквозь!
— Спасибо, сударыня, — улыбается Веер и поворачивается ко мне. — Дорогой, это твои друзья?
— Дорогой⁈ — хмурится Предякин, его друзья тоже прифигели.
— Это мой одноклассник, панна, — проигнорировав его реплику, киваю я. — Богдан Предякин, а его друзей я не знаю. — С намеком добавляю. Я-то в свою очередь всех представил, кроме Паленого с Кострицей, но они мои работники, а не дворяне, и их знакомить не требуется.
Предякин всё же вспоминает о манерах и представляет свою компанию. Барышня оказывается Юлий Фиткиной, сестрой Кати Фиткиной, ну а прочие дворяне — главами местных доброотрядов, как я и помнил.
— Приятно было встретиться, Данила, — Предякину явно не терпится со мной разойтись, чтобы больше пощадить свою самооценку.
— Богдан, пригласи графа и его спутниц на вечеринку, — требовательно произносит Юля Фиткина.
— Твои одноклассники будут желанными гостями, правда?
— Да, конечно, — Предякин поджимает губы и, под внимательным взглядом своей спутницы, достает из кармана блейзера яркую открытку. — Прошу, Данила. Будем рады, если найдешь время.
— Конечно, найдем, — широко улыбаюсь. — Как же не заглянуть к тебе, однокашник!
Богдан натягивает на лицо подобие улыбки и уходит со своей компанией. Мы же отправляемся домой.
