— Филин! Я смогу поднять не больше трех десятков! — с натугой выдавливает из себя бургомистр-некромант.
— Больше и не нужно, — киваю. — Гони их на дроу.
— Да!
В бой ввязываются все, ну почти все. Другие моряки и авантюристы, которых я нанял, пытаются под шумок сбежать. Вот и доверяй людям после этого! Только и умеют, что пайки жрать! Впрочем, я и не питал особых надежд на этих трусов. Но даже так я не намерен отпускать их просто так — зомбируя еще десяток матросов из числа беглецов, я бросаю их в атаку. Пусть они и не продались Бесчлину, как «Кракены», но дезертирство — это преступление не меньшее.
Только тем, у кого нет матросских наколок из чернил каракатицы, удается сбежать. Ну и черт с ними.
Мои гвардейцы обстреливают врагов из громобоев. Паленый со Светкой мочат огневиков-дроу, Настя грызет ногу вопящего ракхаса, Гереса сносит булавой голову воздушнику-дроу. А я тем временем бросаюсь на поиски Бесчлина.
Лорд-дроу отыскивается в лесу. Он пытается удрать, но прилетевшие в спину пси-гранаты резко корректируют его планы, заставляя прилечь на землю.
Я не теряю ни секунды и обрушиваю на кровника град из техник металла и огня. Куча горящих клинков с грохотом прибивает Бесчлина к земле, но лорд-дроу, напрягая все силы, все-таки вскакивает. Его кровавый доспех рассыпается, но раны мгновенно затягиваются, а железки сами собой вылетают из его тела.
— Щенок! — шипит Бесчлин и пытается стегнуть меня кровавым жгутом, который я легко отбиваю черным хлыстом.
— Я же Филин! Тогда уж птенец! — не соглашаюсь с прозвищем.
Мы обмениваемся техниками. План у меня простой — забить до полусмерти и выкачать память. Или всё же добавить в Легион? Да, пожалуй, добавлю. Он не телепат, риски минимальны. Да и армия его уже дала дёру, следуя примеру своего отважного командира, и мой отряд в безопасности.
«Даня, ты где?» — спрашивает Настя по мыслеречи.
«Скоро приду. У меня небольшое дело».
Бой затягивается. Если бы мне нужно было убить Бесчлина, он бы уже лежал горкой дымящегося пепла.
Но схватить живым регенерирующего кровника — задача не из легких. Он даже оттяпанную руку прирастил, засранец. Задуманное удается, только когда я погребаю его под десятком тяжелых стволов и валунов. Вот тогда обездвиженный лорд-дроу и добавляется в Легион.
— Добро пожаловать! — приветствую я в своей голове новобранца.
— Гребаный щенок! — вопит он так, что у меня голова раскалывается. — Что ты со мной сделал! Да я тебя…!
— Потом поговорим, — «выключаю» крикуна.
