В центре протекает узкий ручеёк, не толще швартового каната, и на его берегу застыли друг напротив друга Настя и два здоровенных ракхаса, похожих на зелёных горилл. У каждого иномирянина в носу торчит антителепатический пирсинг-кольцо, а в руках — массивные палаши. Настя нахмурилась, исподлобья смотря на верзил, и нервно теребит лямку своего топика — её характерный признак волнения.
Меня пока никто не заметил.
— Бро, глянь какая цаца! — ощеривается левый ракхас, дергая ремень штанов. — Гр’наш, прелесть! Сами попробуем или продадим?
— Если не помнем, дороже продастся, — задумывается правый, почесывая лысину тупой стороной палаша.
— А ты не умеешь, не помяв…
— Я постараюсь, — умоляюще просит левый.
Настя широко раскрывает глаза в шоке. Пора вмешиваться — барышне не следует слушать подобную вульгарщину, тем более в свой адрес. Мне потом ещё перед Жанной отвечать за благопристойность её дочери. Но где же Паленый? Честно говоря, я бы хотел увидеть, как наёмник поведёт себя в этой ситуации. Он ведь в гвардию стремится, а как человек для меня всё ещё остаётся загадкой.
Вот и повод проверить…
— Грогно и Урзу! — раздаётся знакомый голос из противоположной стороны леса. — Здоровенные обормоты! Это вы что ли⁈
Из кустов вальяжной походкой выходит Паленый. Ракхасы радостно встречают огневика как старого друга, не спуская при этом глаз с Насти, чтобы она не сбежала. Паленый же на неё и не смотрит, полностью погружённый в разговор с зелёными громилами. Они громко переговариваются, смеются, вспоминают какие-то общие дела.
Я терпеливо жду, что будет дальше. Как выяснилось, раньше ракхасы служили дроу Бесчлину, моему старому знакомому. Ну а Паленый когда-то вместе с ними грабил какого-то тролля.
Настя продолжает в изумлении пялиться на наёмника. Вот это выдержка! Светка бы на её месте уже давно фаерболом запустила ему в фейс.
— Рад встрече, Паленый! — гудит левый ракхас. — Но нам пора. Ещё и эту цацку продадим Бесчлину, он нас снова возьмёт в команду. — Лорд-дроу вернулся? Интересно.
— Продадим, но сначала сами опробуем, — кивает правый, добавляя, заметив суровый взгляд левого: — Постараемся не помять слишком.
— Кстати, парни, насчёт леди Анастасии, — дружелюбным тоном произносит Паленый, по-прежнему не глядя на Настю. — Отпустить её с вами я никак не могу. Так уж вышло, она — суженая моего босса."
"— Я не суженая Дани, — возмущённо возражает Настя, заливаясь краской. Это первый раз, когда она решается подать голос.
