Фальк подумал, что, возможно, это было не лучшим решением в сложившихся обстоятельствах.
– Может быть, – Лорен все еще пристально смотрела на него. – Хотя мне кажется, есть еще какая-то причина. Та хижина не всегда пустовала. Я уже говорила об этом другим полицейским. По крайней мере, один человек знал о ее местонахождении, потому что там кто-то бывал.
– Откуда вам известно?
– Кто-то похоронил там собаку.
Повисла тишина. Ветер разносил вокруг ног опавшие листья.
– Собаку.
– Как минимум, одну, – Лорен затеребила ногти.
Ее руки были похожи на птичьи лапки, на запястье из-под кожи выпирали косточки. – Полицейские все спрашивали, не встречали ли мы кого-нибудь в лесу.
– Вы видели?
– Нет. Только в первый вечер, когда к нам заявились мужчины. Но… – взгляд Лорен метнулся к лесу и обратно. – У меня было странное ощущение. Будто за нами наблюдают. Конечно же, никто за нами не наблюдал. Это было невозможно. Но там, в лесу, становишься параноиком, начинает мерещиться всякое.
– И вы точно больше не встречали мужчин?"
"– Нет.
Хотелось бы мне, чтобы мы их встретили. Но мы так далеко отошли от маршрута. Чтобы нас найти, нужно было следить за нами с самого начала, – она покачала головой, отвергая некую мысль, прежде чем та успела сформироваться. – Не понимаю, что случилось с Элис. Я знаю, что она должна была пойти на север. Мы шли той же дорогой всего на пару часов позже ее. И Элис всегда была сильной. Физически, ментально. Если уж мы выбрались, то и она должна была. Но она как будто просто испарилась, – Лорен моргнула.
– Поэтому теперь я сижу у водопада в надежде, что она появится, ругаясь, тыча пальцами и угрожая всех засудить.
Фальк кивнул на темную ссадину у нее на лбу.
– Вы серьезно поранились. Как это случилось?
Пальцы Лорен подлетели к ссадине, и она издала горький смешок.
– Мы умудрились уронить в реку баллон с газом и опоры для палаток. Я пыталась их вытащить и ударилась головой.
– Значит, это было не во время драки в хижине? – непринужденно спросил Фальк.
Лорен секунду посмотрела на него, прежде чем ответить.
– Да.
– Я спрашиваю только потому, что, по словам Джилл, именно так она получила синяк. Когда разнимала драку.
– Правда?
Фальк вынужден был отдать Лорен должное: ее лицо было непроницаемо.
– А разве нет? – спросил он.
Лорен задумалась, как будто просчитывая что-то, прежде чем ответить.
– Джилл получила синяк во время драки. Разнимала ли она ее – спорный вопрос.
– То есть Джилл тоже участвовала?
– Джилл ее и начала.
