Само падение не так уж страшно, но люди погибают от холода и шока. Вам повезло, что вы увидели его в это время года: сейчас он во всей красе. А в начале года оставался маленький ручеек. Была засуха, помните?
Рука Фалька, покрытая гладкой новой кожей, сжалась в кармане в кулак. Да. Он помнил.
– Но с тех пор как погода переменилась, все хорошо, – продолжал Чейз. – Прошли отличные зимние дожди, так что теперь вы видите, откуда взялось название.
Фальк видел. Бо́льшая часть с грохотом падающей воды утекала дальше рекой.
Но с одной стороны земля образовывала естественную выемку, заполненную озерцом. Его спокойная, покрытая легкой рябью поверхность отражала окружающую красоту. Почти то же самое, только на несколько оттенков темнее. Фальк стоял завороженный, глядя в клокочущую белизну. На поясе Чейза пикнула рация, разрушая чары.
– Мне пора назад, – сказал он. – Если вы готовы.
– Без проблем.
Повернув назад вслед за Чейзом, Фальк краем глаза заметил вдалеке цветное пятно. По ту сторону водопада, там, где тропа исчезала в густых зарослях, стояла, глядя на воду, одинокая фигурка.
Женщина, подумал Фальк, ее фиолетовая шапка ярко выделялась на зелено-коричневом фоне.
– Там кто-то есть, – сказал Фальк Кармен.
– Да, – она посмотрела, куда он показывал. – Узнаешь ее?
– С такого расстояния – нет.
– Я тоже. Но это не Элис.
– Да. – Силуэт был слишком худым, выбивающиеся из-под шапки волосы – слишком темными. – К сожалению.
Незнакомка никак не могла слышать их на таком расстоянии за грохотом водопада, но тем не менее она резко повернула голову в их направлении.
Фальк поднял руку, но фигурка не шевельнулась. Следуя за Чейзом к тропе, он раз или два оглянулся. Женщина наблюдала за ними, пока деревья не сомкнулись и она не скрылась из виду.
День 2-й. Пятница, утроБет расстегнула палатку изнутри, морщась от громкого звука, вибрацией отдающегося в стенках. Оглянулась. Сестра крепко спала, свернувшись клубочком на боку; длинные ресницы лежали на щеках, волосы образовали вокруг головы темный нимб.
В детстве она всегда так спала. Они обе так спали, нос к носу, с перепутавшимися на подушке волосами и одним дыханием на двоих. Каждое утро Бет открывала глаза и видела, как на нее смотрит собственное отражение. Такого давно уже не случалось. И Бет больше не спала клубочком. Теперь ее сон был тяжелым и беспокойным.
Бет вылезла на холодный воздух, застегнула палатку и, морщась, натянула ботинки. Вчера было сыро, и сегодня ничего не изменилось.
