Из-за двери до них доносились завывания Марго Рассел. Голоса соцработницы было почти не слышно за ее плачем. Джилл с болью на лице отвернулась.
– Когда вы узнали, что у вашего племянника есть фотографии Марго? – спросила Кармен.
– Когда было уже поздно, – Джилл опустила взгляд на руки. – Дэниел наконец-то все мне рассказал во вторник, но только потому, что фотографии уже попали в общий доступ. Он должен был рассказать с самого начала. Если бы он был честен со мной в тот первый вечер, когда мужчины пришли к нам в лагерь, может быть, ничего бы этого не случилось.
Я бы разрешила Элис уйти, когда она попросила.
– Что Дэниел рассказал вам в тот вечер? – спросил Фальк.
– Только то, что его жена застукала Джоэла с непристойными фотографиями, поэтому он и опоздал. Может быть, я должна была сложить два и два, но мне честно даже в голову не пришло, что на фотографиях может быть Марго, – она покачала головой. – Когда я училась в школе, все было совсем по-другому.
Из-за двери все еще слышался плач. Джилл вздохнула.
– Жаль, что Элис ничего мне не рассказала сама. Я бы разрешила ей уйти на второе утро, если бы знала. Конечно, разрешила бы, – ее слова звучали так, будто Джилл пыталась убедить саму себя. – И Джоэл такой глупый мальчишка. На этот раз у него не получится отделаться извинением. Он так похож на Дэниела в молодости: тот тоже делал что пожелает, не задумывался о будущем более чем на час вперед. Дети просто не понимают, правда? Они живут сегодняшним днем. Не осознают, что то, что они делают сейчас, аукнется им потом через много лет.
Она погрузилась в молчание, но ее сцепленные на коленях руки дрожали. Раздался стук, и дверь открылась. Заглянула Лорен, бледная, со впалыми щеками.
– Твоя очередь, – сказала она Джилл.
– Что у тебя спрашивали?
– То же, что и раньше. Хотели, чтобы я рассказала, что произошло.
– И что ты ответила?
– Что я не могу поверить в то, что Элис не просто ушла, – Лорен посмотрела на Джилл, потом опустила взгляд. – Я иду спать. Не могу этого больше вынести.
И, не дожидаясь ответа, она удалилась, закрыв за собой дверь.
Джилл долго смотрела ей вслед, потом, тяжело вздохнув, встала. Открыла дверь и вышла под разносящееся вокруг эхо рыданий Марго.
День 4-й. Воскресенье, ночьЭлис почти кричала в трубку. Ее щека в свете экрана горела синим, слова далеко разносились по тропе.
– Служба спасения? Вы меня слышите…? Черт, – ее голос звенел от отчаяния. Она повесила трубку. Уронив голову, проверила телефон.
