Чтоб его!
«Моих родных нет в живых, и мне тяжело говорить об этом», – чуть дрожащей рукой написала я и вырвала листок, надеясь, что на этом вопросы закончатся.
– А кто были ваши родные?
«Они из простых людей», – написала я.
– Торговцы, ремесленники, крестьяне? – допытывалась королева, вцепившаяся в меня, как охотничья собака в дичь.
Я даже карандаш не взяла, чтобы ответить, и просто смотрела на нее."
"– Почему они не водили вас на отбор? Как получилось, что зачатки довольно сильного дара не были обнаружены за столько лет?
Я ничего не отвечала, сидела, замерев, с прямой спиной и спрятав руки под стол.
– Почему на простые вопросы нет ответов? – в раздражении посмотрела королева на сына.
– Мама!
– Ты просишь отца наградить его за твое спасение титулом и землей. Неужели мы не имеем права узнать об этом мальчике чуть больше?! – возмущенно проговорила она и перевела взгляд на меня.
Я же в свою очередь удивленно посмотрела на Харна. Какой титул?! Какие земли?! Он вообще в своем уме? Да кто его просил? У меня появилось огромное желание скормить принца умертвиям.
Королева, увидев мое выражение лица, чуть прищурила глаза. Ясно, в кого у Харна такой пронзительный взгляд.
Схватив карандаш, я быстро написала: «Я против!!!» и передала принцу, чуть не скрипя зубами. Так и хотелось схватить что-нибудь тяжелое и постучать ему по голове, чтобы все «светлые» идеи выбить.
– Позволь это мне решать! – твердо ответил он и скомкал записку. Нет, я его придушу! Возмущение просто распирало меня.
Королева быстро схватила скомканный листок, и даже возмущенный окрик «Мама!» не возымел действия.
Прочитав мою записку, она хищно улыбнулась и елейным тоном спросила:
– А скажите, дорогой Лоран, почему? – Я молчала, а она перевела взгляд на сына. – Значит, родители из простых?! Харнелий, ты знаешь хоть одного человека, кто отказался бы от титула и земли? – И они вдвоем уставились на меня.
Я теперь что, должна оправдываться, почему титул не хочу?!
– Мне не нравится, когда я не понимаю, что происходит, – тихо произнесла королева.
– Мама, я сам разберусь, – твердо ответил Харн.
«Отпусти меня и дай уйти из твоей жизни!» – быстро написала я и протянула ему записку. Мои нервы сдавали. У него проблемы из-за меня, а у меня из-за него, нам лучше разойтись. Да я об этом мечтала!
Он прочитал, еле сдерживая гнев, и, посмотрев на мать, сунул бумажку в карман. Королева перевела требовательный взгляд на меня.
