Это Харн сделал? Но почему он избавился от них лишь с моим появлением? Почему нельзя было сделать это сразу? И за что он благодарил меня, когда я очнулась?
Чем больше я думала, тем сильнее хмурилась. Дошло до того, что начала искоса на него поглядывать, как бы невзначай поворачивая голову. В иной ситуации я бы, возможно, и решилась спросить объяснений, пересилив свою неприязнь, но когда ты нем, это проблематично.
Глава 3
Разговор начал сам Харн.
– Ты идешь поступать в Академию? – Раздался вопрос, от которого я даже с шага сбилась и бросила на попутчика подозрительный взгляд с целью проверить, не издевается ли он, часом.
«Я?!» – указала на себя, чтобы убедиться, что именно мне он его задал. Хотя, кроме меня, никого иного тут не наблюдалось. Кайл был без сознания, и о чем-либо спрашивать его было бы глупо.
– Ну, не я же, – усмехнулся он, обнажив белоснежные зубы.
«Издевается», – поняла я и нахмурилась. Стало очень обидно. Неужели корит себя, что обратился ко мне за помощью и теперь решил развлечься, насмехаясь? А, собственно, чего еще от мага ждать, даже от такого молодого.
Я остановила лошадь и развернулась. Всунув повод ему в руки, я показала направление на дорогу, а потом указала направо, там дальше развилка будет. Надеюсь, понял. И решительно зашагала вперед, всем своим видом показывая, что не желаю иметь с ним ничего общего.
– Лоран, подожди! – крикнул Харн, и в голосе его послышалась растерянность.
Неожиданно на мои плечи легла рука, что заставило меня отпрыгнуть в сторону и всю ощетиниться.
Харн тут же снова показал мне пустые ладони, как бы говоря, что больше не тронет.
– Ты чего? Почему обиделся?
«И он еще спрашивает?!» – Я возмущенно посмотрела на него.
– Я не понимаю… У тебя дар, и логично предположить, что ты идешь поступать в Академию.
«У меня?!» – указала я на себя. Кто-то из нас сошел с ума, и это явно не я.
– Ну, не у… – проглотил он последние слова и начал заново: – Погоди, но это же ты всех умертвий упокоил!
«Я?!» – опять я указала на себя, смотря на него круглыми глазами, а потом резко покачала головой, как бы отмахиваясь от такого предположения.
– Лоран, у меня резерв на нуле, кроме тебя, там никого не было, – как ребенку терпеливо объяснял он мне. – К тому же я почувствовал выброс силы от тебя.
И я вспомнила тот момент, когда ненависть захлестнула и я чуть не взорвалась. А потом как что-то выплеснулось из меня и дикую слабость после этого. Я просто не связала это с упокоением нежити.
Так это я? Я?! Бред! Не может быть.
