Надев резиновые перчатки, он выдавил на синяк изрядное количество обезболивающего геля и стал быстро, но осторожно размазывать его. Джим приготовился терпеть, но боли почти не было – Либерман жалел пациента. Вскоре гель начал действовать, прикосновения дока, даже более смелые, стали едва ощутимыми. Из огромной склянки Либерман добавил резко пахнущей, похожей на солидол мази и начал энергично ее втирать, Джиму стало жарко.
– Хорошо, уже начало разогреваться, – заметил Либерман и, достав из шкафчика баллончик с медицинской пеной, щедро залил ею всю обработанную мазью поверхность.
Пена тут же высыхала, превращаясь в некое подобие ваты.
Осмотрев свою работу, Либерман остался ею доволен. Снял перчатки, он бросил их в урну и сказал:
– Одевайся, компресс готов, снимешь завтра утром.
– Думаете, к утру все пройдет?
– Я не думаю, солдат, я знаю. Можешь идти.
– Спасибо, док.
3
В жилой комнате Джим застал Тони. Тот лежал на кровати, читая при свете настольного светильника какую-то потрепанную книжку.
– Ну как? – спросил он.
– Надоело все, – бросил в ответ Джим и тяжело опустился на свою койку.
– Что, сорвал задание?
– Нет, задание вроде выполнил, но «не вернулся».
– Что значит «не вернулся»?
– Инструктор сказал – цели ты уничтожил, но с задания не вернулся. Сказал, что такое на войне случается.
– Что-то больно много слов для Инструктора.
– Да это я от себя добавил.
– Что у тебя под курткой?
– Компресс.
– Зачем?
– Шестой выстрел сделал.
– Понятно. – Тони знал, что количество выстрелов ограничивалось магазином громоздких компенсирующих зарядов.
– А чего ты так? Забылся, что ли?
– Да. – Джим вздохнул. – Сначала четырех убрал, а потом эти как выскочат, и на меня. Сгоряча шестой раз и пальнул.
– У тебя и лоб обгорел.
– Знаю. А у тебя сколько было?
– У меня – пять. Водички хочешь?
Тони поднялся, открыл холодильник и нацедил Джиму охлажденной витаминизированной воды. Ее здесь добывали, осаживая из воздуха конденсат, оттого она имела какой-то странный привкус. Впрочем, к этому давно привыкли.
Тони подал напарнику стакан, тот взял его левой рукой и выпил воду залпом. Потом посидел с задумчивым видом и вдруг спросил:
– Сколько мы тут?
– Уже шестой месяц пошел.
– И сколько ты еще согласен ждать?
– А что ты предлагаешь – попросить вернуть нас на Ниланд?
– Думаешь, это невозможно?
Тони криво усмехнулся:
– Джим, мы уже так глубоко влезли во всю эту секретную систему, что стоит нам поставить вопрос ребром – от нас просто избавятся.
– Я знаю.
