Одетый по такому случаю в черный мундир с серебристой отделкой, руководитель армейской разведки щелкнул каблуками и коротко кивнул. Лейдмаггеру этот ритуал был незнаком, однако мелодичный звук ему понравился.
– Лейддирфакт Мезе станет за спиной контрразведки…
Главный контрразведчик в мундире цвета красного дерева с золотой отделкой так же лихо щелкнул каблуками. Лейдмаггер пригляделся и заметил на его каблуках специально набитые металлические пластины. Он подумал, что неплохо бы заиметь себе такие же башмаки для домашнего музея.
– А дисфюрст Карзи станет докладывать мне о делах политической разведки…
Чуть полноватый руководитель «згаппо», поймав на себе взгляд высочайшего начальника, попытался щелкнуть каблуками, но у него вышло хуже, да и оранжевый мундир делал его похожим на рекламу пончиков.
– А теперь прошу подойти к оперативным схемам. – Лейдмаггер шагнул к столу, бросив взгляд на экран оптического отражателя.
«Странно, что оптические отражатели здесь называют именем собственным – «Зеркало», – подумал он, становясь у стола.
– Итак, армейская разведка, чем вы располагаете? Разумеется, мне нужно эффективное средство, чтобы можно было видеть все, что происходит на поверхности планеты в этом районе…
Лейдмаггер взял электронный карандаш и обвел границы в юго-западном пригороде Риона.
– Э-э… примерно двадцать квадратных километров, мой лейдмаггер…
– Неважно сколько. Чем вы располагаете?
– Поскольку это достаточно далеко от театра военных действий, мой лейдмаггер, наши возможности весьма скромны: три вертолета разведки, закамуфлированные под почтовые, и небольшая группировка различных спутников.
– Что значит различных? – строго спросил высочайший начальник и уставил на дирфакта Эосума выпученные глаза.
– Мой лейдмаггер, это не наши аппараты, они принадлежат частным фирмам и государственным службам, мы же посредством перехвата паролей, а также с помощью подкупа должностных лиц имеем над этими аппаратами некоторый контроль. В нужный момент мы можем задействовать все или почти все эти спутники.
"
"Дисмаггер помрачнел. Он знал, что в здешних условиях нельзя было применить весь технический потенциал, поскольку по местным законам это сразу перевело бы конфликт на Катране и Лизаро из разряда повстанческих бунтов в активную агрессию внешних сил, и тогда друзья в местном руководстве не смогли бы удержать нелояльную к гостям руководящую элиту от применения всей мощи вооруженных сил против агрессоров.
