– Я Хулиган, подключаюсь к драке…
– Там уже драка? Ответьте кто-нибудь! – закричал Моран.
– Уже нет, он ушел, и мы тоже уходим, кто-нибудь, вызовите «Скорую помощь»!
– А что там?
– Не знаю, я поздно подъехал, человек шесть лежат на асфальте, повсюду кровь, остальные разбежались.
– Первый, я Кенарь, он обошелся с ними сурово и уходит на другую сторону парка.
– Я Первый, мы уже ждем. А он что, вооружен?
– Похоже, просто зубами…
Джим повел плечами. Несмотря на настояния Инструктора, он не мог побороть в себе чувство брезгливости, когда рвал выданное в качестве тренажера свиное ухо.
«Да не дергай ты его, захватил – и резкое движение в сторону, твои зубы должны пилить, а не кусать».
Инструктор умел нарезать свиное ухо ленточками, у Тони тоже что-то получалось, а Джим брезговал.
Неподалеку среди редких машин припарковались Снегирь и Жаворонок. У первого была недорогая малолитражка «монблан» с форсированным двигателем, спортивными колесами и мощными тормозными суппортами, однако в глаза это не бросалось, и особенность машины мог рассмотреть только человек внимательный.
Жаворонок сидел в большом семилетнем поцарапанном купе. Усиленная подвеска передних колес держала армированный передок и литой бампер. Эта машина могла прошибить кирпичную кладку или снести металлические ворота – как и сотрудники в группе, машины имели каждая свою специализацию.
Джип являлся передвижным командным пунктом, под пластиковым покрытием крыши были вшиты антенны разнообразных передающих и приемных устройств, а в пустотах дверей скрывался богатый арсенал на случай, если машину заблокируют враги.
Формально Рион еще оставался под властью федерального правительства, однако противник чувствовал себя здесь как дома.
– Я Синица, он в пятидесяти метрах от выхода, полагаю, пойдет в «Красный караван»…
– Похоже на то, – согласился Моран.
Джим вспомнил карту с пояснениями. «Красный караван» являлся одним из вероятных мест встречи Джозефа с Эмми. Это было танцевальное кафе, оно размещалось в отдельном здании, имело три выхода и работало круглосуточно.
Кроме одной несущей стены, отделявшей кухню от танцзала, все остальные перегородки в нем были гипсовыми. Эта информация имела значение на случай перестрелки.
– Вон он, красавчик, – сказал Моран.
Среди мирно прогуливавшихся горожан Джозеф выглядел как беглый сумасшедший. Он поминутно оглядывался и норовил перейти на бег. Сомнений не оставалось, он направлялся в танцевальное кафе.
