– Сбил вертолет? – переспросил старший. – Но зачем?
– Они заходили прямо на нас – со стороны солнца, на подвесках две коробки НУРСов, а мы как раз остановились посреди городка – Финштейну приспичило отлить. Так что выбора у нас не было.
– Боюсь, про вертолет мы ничего не узнаем, – сказал Федор. Он успокоился и уже не выглядел таким напряженным. – Скорее всего, это машина контрразведки Тильзера, полиция об этом ничего не узнает.
– Полагаю, там могли быть свидетели, раз они остановились посреди городка, – вмешался в разговор занимавшийся с Тони врач.
– Это так, – согласился старший. – Как назывался городок?
– Э-э… Чакона.
– Нам не составит труда под видом полицейских расспросить жителей.
– В основном это были мальчишки – лет шести-семи, – вспомнил Джим.
– Расспросим мальчишек. – Старший посмотрел на часы. – К сожалению, мне нужно ненадолго уехать, будем считать, что пока мы заключили перемирие – до окончания проверки. Вы должны понимать…
– Мы понимаем, – сказал Джим.
– Вот и отлично.
Пока за вами будут присматривать, за пределы комнаты вам выходить нельзя, принять ванну – пожалуйста.
– И кофейку бы… – простонал Тони.
– Только после компрессов, – сказал врач.
Тони согласно кивнул.
67
Восстановлением Тони занимались в полную силу – судя по всему, его уже признали за своего, ведь вряд ли вражеского агента стали бы доводить до такого состояния, чтобы отдел «Р» поверил ему. Правда, старший, его звали Боб Моран, все же спросил врача:
– Билл, а не могли его специально так обработать, чтобы мы его пожалели?
– Видите ли, сэр, состояние его таково, что я не уверен, выживет ли он.
Думаю, если бы его сознательно уродовали, постарались бы обойтись косметическими ранами, синяками, здесь же повреждения слишком серьезны.
– Спасибо, Билл, ты меня успокоил.
Джим договорился с охранявшими его Федором и Генрихом, что ему отдадут КПТ без патронов.
– Это слишком важное и дорогое оружие, парни, чтобы просто так оставить его пылиться. Все, что мне нужно для ухода за ним, – «битол-А» и чистая ветошь.
"
"Охранники пошли Джиму навстречу. Помимо ветоши и специального масла, он получил одежду и после душа с удовольствием переоделся во все чистое.
– Мы с Тони до сегодняшнего дня даже ботинок не снимали, – признался он, принимаясь за кофе с пирожными. Они были не совсем свежими, однако Джима это не волновало: после дней, проведенных в скотских условиях, хотелось немножко тишины, сухих носков и пирожных.
