Взгляд этого господина был довольно тяжелым, как и его квадратная челюсть, словно вытесанная из арбединского гранита.
– Прошу прощения, что вошел без стука, – произнес он голосом, похожим на звук полковой трубы. – Дверь была приоткрыта, и я…
– Ничего страшного, – произнес Холмс. – Позвольте спросить, какая сейчас погода в Санкт-Петербурге? Сильно отличается от лондонской?
Веки гостя вместе с бровями медленно поползли наверх, напоминая при этом открывающиеся пушечные порты тяжелого парового фрегата.
– А откуда вы знаете… – начал он, но сыщик лишь махнул рукой:
– Нет ничего проще.
На вас пальто с воротником из русского бобра. Этот мех гораздо более густой и блестящий, чем тот, что добывают в низовьях Роны или в бассейне Эльбы. Лицо у вас европейское, аристократическое, но при этом бледное, какое бывает у людей, выросших в нездоровой болотистой местности вроде Лондона, Буэнос-Айреса или Петербурга. Ваш английский неплох, но акцент все же весьма отчетлив. И вы совершенно точно не американец, так как, войдя, не оставили пальто, саквояж и трость миссис Хадсон, вероятно, опасаясь, что их украдут.
Такое поведение характерно только для русских.
Даже при слабом свете огарка было заметно, как на лице гостя заиграли желваки, однако он справился с собой.
– Добавлю, что вы, вероятно, не только заправский дуэлянт, но и профессиональный военный, – произнес Холмс, ничуть не смущенный грозным видом посетителя. – По характерным мозолям на вашем указательном пальце можно понять, что вы постоянно тренируетесь со шпагой и пистолетом.
Однако тонкий косой шрам на вашей шее нанесен, скорее всего, турецким ятаганом, что свидетельствует о том, что вы не просто светский дуэлянт, никогда не нюхавший пороха на настоящей войне.
Гость выдохнул, покачал головой, поставил саквояж на пол и машинально потер шею.
– Под Плевной я состоял адъютантом при его высокопревосходительстве бароне Николае Павловиче фон Криденере[27]. Из-за неисправности телеграфа был послан отвезти приказ генералу Шильдер-Шульднеру[28]. Нарвался на турецкую засаду, ну и… не повезло.
– Поскольку вы здесь, полагаю, что туркам не повезло больше… – усмехнулся Холмс. – Что ж, не угодно ли вам перейти к делу? Мое имя – Шерлок Холмс, а это доктор Ватсон, мой биограф, помощник и просто добрый друг.
Гость по-военному щелкнул каблуками:
– Капитан Талызин, Сергей Алексеевич, граф. Командир второго батальона Измайловского лейб-гвардии полка Императора и Самодержца Всероссийского Александра Александровича Романова.
