После ошеломительной встречи с абрисским колдуном выразительный взгляд хозяина университета, обычно пронзающий насквозь, меня уже ни капли не впечатлил. Тимофей с короткой улыбочкой почти незаметно помахал мне рукой. Наверняка все посчитали, что мы знакомы ближе, чем были на самом деле.
Ректор долго и нудно объяснял, что мы опорочили не только благородных родителей (вероятно, тут он намекал на отпрысков мэра, городского судьи и своего родного племянника, зевавшего аккурат мне в затылок), но и весь университет, а мой взгляд возвращался к высокой, широкоплечей фигуре Кайдена.
Сложив руки на груди, он со скучающим видом разглядывал старинные витражи на высоких окнах. Тимофей, как приличествовало случаю, хмурился, согласно кивал, точно душой проживал и переваривал каждое ректорское слово.
– И коль вам, балбесы, не хватило одного курса лекций по Абрису, чтобы понять, что соваться туда опасно и вредно, – голос ректора повысился, – то в этом семестре вы прослушаете курс еще раз! Полученные баллы по предмету аннулируются!
Народ недовольно загудел.
Курс по традициям и истории Абриса сдавали на первом году обучения всем потоком по три раза, и воспоминания, вероятно, были еще свежи. К слову сказать, предмет вел мой отец. Я без сомнений стала бы изгоем как дочь главного университетского изувера, но мне самой удалось получить позорные шестьдесят девять баллов только со второго раза. Папа искренне верил, что сами абрисцы не знали своего мира на сто баллов, куда уж нам, теветским бездарям.
– Однако в этом семестре профессор Уваров преподает в Королевской академии, поэтому курс прочитает приглашенный лектор, господин Оливер Вудс, – продолжил ректор, и по залу разлетелся облегченный коллективный вздох.
– Господин Вудс является потомком первых переселенцев, а потому культура Абриса ему в некотором роде близка…"
"Близка настолько, что он просто живет в параллельном мире! Интересно, он перемещается туда на ужин? Или же заглядывает домой к невесте только в выходные дни?
У меня вырвался издевательский смешок, раздавшийся аккурат в тот момент, когда ректор примолк, чтобы набрать в грудь побольше воздуха, а потому прозвучавший неприлично громко в воцарившейся тишине.
Кайден пронзил меня недобрым взглядом и вопросительно изогнул брови.
– Госпожа Уварова, я сказал что-то смешное? – вкрадчивым голосом уточнил ректор.
– Нет, – стараясь проглотить рвущийся наружу истеричный смех, покачала я головой. Стоило испугаться, но мне стало еще смешнее.
