– Ни в чем не ошиблась?
Он стоял всего в нескольких шагах, но как будто на другой стороне невидимой границы, в Абрисе. Руки спрятаны в карманы, лицо – непроницаемая маска, высокомерный взгляд из-под ресниц.
– Не надо оправдываться, Кайден, просто скажи что-нибудь.
– Погаси очаг.
– Что? – у меня вырвался смешок.
– Суп выкипает.
– Не могу поверить… – меня захлестнула ярость, я шлепнула ладонью по огненной руне, заставляя очаг погаснуть. – Почему ты появился и снова начал врать?! Неужели я недостойна честности?
Сейчас передо мной стоял настоящий Кайден, отстраненный и почти незнакомый.
Со стороны казалось, что брошенные в лицо обвинения отскакивали от него, как от непробиваемой стены, не задевая душевных струн. Может, у таких людей вообще слово «душа» отсутствовало в словаре?
– Ответь, Кай! Я не смогу принять, но постараюсь понять. Ведь есть в этом абсурде хоть какая-то причина?"
"– Я люблю тебя.
Тишина, последовавшая за неожиданным признанием, была пронзительной.
– Ты сейчас издеваешься? – Из грозного обвинителя я мгновенно превратилась в смущенную девчонку.
– Сколько, по-твоему, нужно времени, чтобы влюбиться?
– Я… я не знаю.
– Достаточно мгновения. В тот вечер в карете ты все время прятала лицо, а потом вдруг посмотрела на меня. Когда ты несла чушь про лучшего друга, я уже понимал, что люблю тебя. Глаза, руки, жесты, манеру говорить – абсолютно все, – в его голосе слышались и отчаянье, и злость. – Увидеть и влюбиться в неиспорченное юное создание из Тевета – нелепость! Совершенно бессмысленно и неуместно.
А он был жесток, этот настоящий Кайден.
– Я вроде как для тебя недостаточно хороша? Или что? – выпалила срывающимся голосом. – Скажи хотя бы раз правду!
– Правда в том, что ты совершенно не вписываешься в мою реальную жизнь.
Лучше бы он меня ударил, ведь слова ранили больнее оружия. В голову не шло ничего умного, пауза длилась и длилась.
– Думаю, Кайден, тебе лучше уйти. – Наши глаза встретились. – Я не хочу… Нет, не так. Я отказываюсь тебя видеть.
– Для человека, требующего честности, ты сама довольно уверенно врешь, Лера, – ответил он в тишине.
Не произнеся больше ни слова, не бросив на меня даже мимолетного взгляда, обманщик собрал вещи и вышел, впустив в теплую кухню поток холодного воздуха и влажный запах осеннего сада. Дверь осторожно закрылась. Тихо щелкнул замок. Запретив себе плакать, я кинула смену одежды в дорожный саквояж и отправилась на вокзал, как раз к последнему омнибусу в столицу.
