К удивлению посетительницы и самого Гурова, пес команду «на место» выполнил и, перестав гавкать, отправился на свою лежанку, прихватив по пути еще и куриную косточку.
– Умный такой, хотя и маленький еще, – удивилась Мария Ильинична.
– Да, тут у нас не забалуешь, – сказал Гуров. – У нас тут без дисциплины – никак.
А потом была рутинная работа – запись показаний и составление устного портрета. Чтобы не смущать Марию Ильиничну, Гуров не стал ей подробно объяснять, что разыскивают они не просто отца Селивания и матушку Елену, а ловких, умелых и пока что неуловимых аферистов.
Он просто пояснил женщине, что им нужно разыскать этих людей, как возможных свидетелей по одному делу. Кто же, скажите, поверит, что аферисты, только что обманувшие человека и укравшие у него целую кучу денег, просто так взяли и отдали эти деньги на лечение маленькой больной девочки? Такое только в кино и бывает. И то не в современном, а в старом, советском. А в наши-то дни расцвета капитализма и потребительства – разве такое может случиться? Вот и пришлось Льву Ивановичу придумывать легенду о важных свидетелях.
Затем Гуров отвел Марию Ильиничну в специальное помещение и передал ее специалисту по фотороботам.
– Вот тебе, Василий, еще одна дама, приятная во всех отношениях. Как только вы с ней тут закончите, будь добр, проводи ее ко мне в кабинет. Я обещал отвезти ее домой, – он улыбнулся женщине и, галантно поклонившись, добавил: – А свои обещания настоящие полковники всегда выполняют.
Я же пока пойду с Опером прогуляюсь.
У Гурова никогда не было собаки. Вернее, была, но не у него самого, а у его деда, у которого Лев Иванович, будучи еще мальчишкой, часто гостил в деревне. Но то ведь не в счет. Полковник никогда даже и не задумывался насчет того, чтобы завести дома какую-нибудь животину. Он, как и его жена Маша, считал, что животные должны жить не в квартирах, а на улице, на природе – где-нибудь в деревне или при коттедже.
Но сейчас, выгуливая смешного и неказистого щенка, наблюдая за его беготней и деловым обнюхиванием всего, что попадалось на его пути, Гуров испытывал какое-то невероятное удовольствие от самого процесса неспешной прогулки.
Но как бы то ни было, а двадцать пять минут пролетели незаметно, и пора было снова заходить в душный кабинет и браться за работу.
– Опер, домой, – скомандовал Лев Иванович и снова удивился, насколько понятлив и умен этот пес.
