Что за срочность?
– Здравствуй, Юрий Петрович, – поздоровался Веснин. – Да, заглянул к тебе, но ты, как обычно, по уши в заботах.
– Есть такое дело, – Серов вертелся в поисках пепельницы. Да где же она? Вчера оставил на столе, а сейчас исчезла.
– Не эту вещь ищешь?
Серов обернулся. Веснин держал в протянутой руке треклятую пепельницу.
– Где она была?
– Да вот здесь и стояла, за календарем. Что-то ты разволновался, Юрий Петрович.
– Я? Тебе показалось.
Серов закурил. Приглашающим жестом указал в сторону кресла, и Веснин тотчас сел в него, поддернув мятые летние брюки.
Рядом на пол поставил сумку, которую носил через плечо.
«Что тебе надо? – подумал глава Управы, опускаясь в свое кресло. – Что ты хочешь от меня?»
– Ну, рассказывай, – попытался улыбнуться Серов.
Веснин заговорил не сразу.
– Это ты расскажи, – спокойно произнес он. – А мне-то о чем рассказывать?
– Я? – похолодел Серов.
– Я перефразирую, если ты не понял. Расскажи, как в прошлом году ты убил моего сына.
– Бог с тобой, – побледнел Серов.
– Думай, что говоришь…
– Целый год думаю, – хмыкнул Веснин. – И додумался, как видишь.
Серов попытался изобразить возмущение, но вышло у него слабо и фальшиво. Он и сам будто бы увидел себя со стороны и испытал ощущение сильного протеста. Да что себе Веснин вообще позволяет?
Сам же Николай вел себя очень спокойно. Он наблюдал и наслаждался зрелищем. Серов пока что не извивался, как уж на сковородке, но был напуган – и Веснин знал почему.
– Я же целое расследование провел, – сказал он.
– Ты же приезжал той ночью на базу отдыха, да?
– Не понимаю тебя, – пробормотал Серов, подтягивая к себе какие-то распечатки, им же самим и отложенные в сторону. – Если у тебя все, то мне работать надо.
Он схватил шариковую ручку, стоявшую в подстаканнике, попытался что-то написать на бумаге, но ручка не писала. Взял другую. Та же история. Тогда Серов вспомнил про карандаши, которыми вообще не пользовался, и принялся судорожно искать их, выдвигая ящики стола один за другим.
– Хватит, – приказал Веснин. – Остановись.
Серов не послушался, продолжая греметь всем, что попадалось под руку.
– Будь человеком, – попросил Веснин уже тише. – Просто скажи мне – и я уйду."
"Слабенькая надежда шевельнулась в душе Юрия Петровича Серова. А вдруг и правда уйдет? Он оторвался от недр своего огромного письменного стола и поднял глаза на Веснина. И все сразу стало ясно как божий день.
«Никуда ты не уйдешь, – понял Серов.
