– И что же там случилось?
– Вы же сами знаете, если спрашиваете, – так и не поднимая головы, ответил парень.
– Я же не просто так спрашиваю, – в тон ему ответил Гуров. – Мне интересно, почему о трагедии так и не узнали в школе? Вы сговорились о ней молчать? Или вас кто-то попросил ничего и никому не рассказывать?
Вика обулась, выпрямилась и демонстративно уткнулась в телефон. Ее друг, вмиг оказавшийся ненужным, был вынужден теперь смотреть на Гурова.
– Да, мы договорились, – признался он. – Вернее, так: нас директор попросил помалкивать.
Мол, то, что случилось, будет неприятно для Дениса. Денис – это брат Егора. А Егор как раз таки и попал под машину. Ну это я на тот случай, если вы не знаете. Он, кстати, в этом доме жил. С братом Денисом и отцом.
– Мы в курсе, – решил напомнить о себе Крячко. – И что ж вам сказал директор?
– Вы знаете, мне вообще не хочется об этом вспоминать, – признался Данила.
– А почему?
– Да потому что все произошедшее выглядело очень плохо. И то, что именно Денис нашел тело брата, а не кто-то другой.
И вообще вся эта история. И даже то, что Немирович слезно умолял всех нас держать язык за зубами. Но ведь все равно было понятно, что кто-то наверняка проговорится.
– Но ты лично не стал никому рассказывать о том, что случилось на базе отдыха? – внимательно посмотрел на парня Гуров.
– Я-то нет, но…
– А можно я скажу? – неожиданно вскинулась Вика. – Он не стал, да. Зато нашлись другие. Так что не надо думать, будто бы это сделал Данила. Он не трепло.
Но чтобы вы знали: директор думал только о своей заднице. Ему всегда было наплевать на нас. Вечно плясал перед гостями, которых притаскивал в школу пачками. Что ни праздник, то депутат на сцене. И Олеся…
«Ух ты, какая защитница, – отметил про себя Гуров, поймав насмешливый взгляд Стаса. – Интересно, она так и будет отвечать вместо Данилы?»
– Что ты хотела сказать про Олесю? – спросил Лев Иванович.
– Ничего, – отвернулась девушка.
– Речь про Олесю Серову?
– Олеся у нас звезда, – с каким-то ядовитым удовольствием сказал Данила.
– Ей все позволено, все можно. А мы так… свита.
– Молчи, придурок, – едва слышно произнесла Вика.
– Ну а что? Что теперь мне за это будет? – повысил голос Данила. – Все, мы больше в школе не учимся. Бояться нечего.
– Мне показалось, вы дружите, – предположил Гуров.
– Иногда она была нормальной девчонкой, – ответила Вика. – Но очень редко. Папаша у нее в Управе работает, прикрывал ее. Это каждый в школе знал.
