- Я не хочу… - Он отпускает меня, но становится только еще страшнее. Я боюсь шелохнуться, поэтому так и остаюсь лежать у него на коленях."
"- Снимай платье, - велит он. Негромко, в тишине комнаты его слова едва слышны, но для меня они сравни раскатам грома.
- Нет… - я качаю головой и пытаюсь найти пути к отступлению. Поднимаю голову, оббегаю быстрым взглядом комнату, но есть лишь два выхода – дверь и окно.
- Вздумаешь опозорить меня еще раз – пожалеешь и пороть тебя будут уже публично, - он словно читает мои мысли.
Я всхлипываю и сползаю с его колен, падаю на пол без сил прямо к его ногам. Поднимаю голову, взглядом умоляю не делать этого, но лицо Шамиля остается непроницаемым.
Холодная маска. Властный взгляд почти черных глаз, гипнотизирующих, приказывающих беспрекословно подчиниться, признать его силу. Он хозяин. Хищник. Я жертва.
И от меня ждут очень определенных действий.
- Не могу, - всхлипываю я. Шамиль сидит на краю огромной, неприличных размеров, кровати, широко расставив ноги в стороны. Руки позади него, он небрежно опирается на них, глядя на меня сверху вниз. Взгляд невольно падает на то, что оказывается прямо перед ним – на пах мужчины. Ткань брюк совершенно не скрывает отчетливых очертаний его достоинства.
Кажется, он большой.
Черт.
Шамиль неожиданно подбирается, вытягивается, меняя позу и склоняется ко мне.
- Тебе всего двадцать, но ты успела повстречаться с тремя мужчинами, - вкрадчиво начинает он. - Зачем ты сейчас строишь из себя святую? – хмуро вопрошает супруг. – Я надеялся, мне досталась хорошо выученная шлюха. Эти мужчины успели тебя выдрессировать, научить всему, что нужно, так ведь? Теперь примени эти знания на практике ради того, кого будешь звать своим мужем.
На секунду кажется, что в тоне мужчины проскальзывают гнев и что-то еще, чего я не могу разобрать, но все тут же скрывается за безразличием.
Шамиль обводит меня каким-то презрительным взглядом и хмыкает.
Я не была ни с Костей, ни с Игорем, ни со Стасом. В интимном плане. Встречаться – да, встречалась. Мы ходили в кино, кафе, парки. Целовались, обнимались, но ни с одним из них у меня ни разу не дошло даже до петтинга. Не говоря уже о том, чего сейчас так легко требует от меня Шамиль.
