Дома здесь и правда могут погибнуть без присмотра и хозяйки, но сейчас мне совершенно нет дела. Сам не знаю, зачем я вообще тратил деньги на восстановление этого места. Не то что бы это как-то сказалось на моём бюджете, просто… Сейчас всё это кажется бессмысленным.
Мне стоит просто запереть Элизу у себя дома и больше ни о чём не беспокоиться.
Возможно, Элиза никогда не простит меня за это и будет ненавидеть ещё сильнее, но мне плевать. В конце концов, она сама виновата, я не просил забирать мой артефакт.
Ночной воздух прохладен, где-то вдалеке слышны голоса патруля — стражи приступили к поискам.
Поворачиваю голову и замираю, замечая вывеску. В свете новеньких магических фонарей, за которые платил я отчётливо видна вывеска лавки: «У Блюдечек». Причём расстояние между словом и предлогом такое, что, кажется, его нет.
Смех сам собой вырывается из груди. Горький, злой, с нотками восхищения.
— Ублюдочек, значит? — качаю головой, глядя на спящую женщину в моих руках. — Ну конечно. Как же иначе.
Это даже мило. Она назвала лавку в мою честь. Я знаю наверняка, что речь обо мне, потому как она могла иметь ввиду множество мужчин, если бы написала что-то хорошее на этой грёбаной табличке. А вот ублюдок в её жизни всего один. Я.
— Что ж, дорогая, — усмехаюсь, крепче прижимая её к груди. — Ты можешь называть лавку, как угодно. Но такой выходкой ты и сама признаёшь, что всегда будешь моей. Хочешь того или нет.
Разворачиваюсь спиной к вывеске. Пора уходить. Но эта маленькая деталь — греет душу.
Какая всё-таки великолепная ирония.
Глава 34
Сознание возвращается медленно, будто выныривая из тягучего тумана. Первое, что чувствую — шёлк простыней под пальцами. Мягкий, прохладный, явно дорогой. Совсем не похожий на мои хлопковые простыни дома.
Резко открываю глаза и тут же жмурюсь от яркого света, льющегося из высоких стрельчатых окон. Где я? Это точно не моя спальня над лавкой.
Пытаюсь сесть и замираю, ощутив прикосновение тонкой ткани к коже. Опускаю взгляд и чувствую, как краска заливает лицо.
На мне полупрозрачная ночная сорочка из какого-то невесомого материала. Она едва прикрывает бёдра, а декольте… Боже мой! Да я в своём мире и то такое не носила!
— Какого чёрта? — шепчу, натягивая одеяло до подбородка.
Последнее, что помню — ссора с Эриданом, вспышка магии и… темнота. Но кто посмел?.. Кто осмелился?..
Скрип двери прерывает поток возмущённых мыслей. В комнату входит Эридан, неся поднос с чем-то, похожим на завтрак.
