Я держал его в достаточно надёжном месте, куда просто не мог войти посторонний или кто-то, у кого не было прямого разрешения, а уж этих людей я проверял от и до.
Элизабет воспользовалась моим добродушием. Впрочем, я удивлён, что кто-то вроде неё смог понять ценность артефакта и украсть. Именно эту чашку.
И всё же в доме Элизабет она не ощущается. Кучер клянётся, что довёз её без остановок. Значит, она либо успела передать её кому-то, либо артефакт всё ещё в доме. Но я же не идиот, чтобы не найти его там, где оставил.
И где оставляю каждый раз.
Но хорошо. Допустим, я проверю ванную снова. Просто чтобы убедиться.
Как назло, в памяти, кроме мыслей о пропавшем артефакте, звучат обвинения, что я якобы обещал ей вечную любовь и преданность.
Пф! Что за бред⁈
Пока на ней нет метки истинности, она для меня никто. Пустышка. Могу менять их хоть каждую неделю.
— Имею право, — хмыкаю под нос, распахивая дверь в ванную комнату. — Я дракон. Мы ищем истинную пару веками, если потребуется.
Начинаю методично обыскивать помещение, выдвигая ящики, проверяя каждый угол.
Артефакт должен быть здесь. Должен!
И какая разница, сколько браков было до этого? Пока не появится метка истинности, все эти женщины временные. Она должна быть благодарна уже за то, что я для неё сделал. А эта дрянь?
Возомнила о себе не пойми что, начала распространять грязные слухи. Так не пойдёт. Пусть радуется, что я просто её выгнал, а не казнил.
Но предательский внутренний голос нашёптывает: «Тогда почему злишься? Почему просто не забудешь?»
Вспылив, я захлопываю дверцу шкафчика громче, чем нужно.
Внутри обиженно звякают флаконы с зельями.
— Эридан! — в дверях появляется встревоженная Никоэлла. — Что происходит?
Я оборачиваюсь, и она отшатывается. Это отрезвляет, и я заставляю себя успокоиться.
— Ничего, — цежу сквозь зубы. — Просто ищу кое-что.
— Эту твою чашку? — она делает шаг вперёд. — Милый, может, хватит? Ты же справлялся и без неё раньше…
Что и требовалось доказать. Женщины глупые. Объясняй хоть сотню раз, они не запоминают.
Всё, что их волнует — когда мы сходим в театр, сколько платьев и украшений я ей подарю. Такие мелочи, как порочные откаты — слишком сложная и непонятная тема, не оседающая ни в голове Никоэллы, ни в голове Элизабет, ни в головах тех, кто был моими жёнами до них.
И всё же только одной хватило наглости забрать артефакт.
— Ты ничего не понимаешь, — качаю головой. — Уйди.
— Но зачем тебе вообще использовать магию? — в её голосе слышится упрёк.
