— Элиза, успокойся, ты не понимаешь… — начинает Перец, но я не даю ему договорить.
— Нет, это ты не понимаешь! — перебиваю я, чувствуя, как горячие слёзы подступают к глазам. Пытаюсь сморгнуть их, но от этого только хуже. — Я рисковала жизнью, спасая его! А он даже не соизволил нормально объясниться!
Резко поворачиваюсь к печи, где греется почти законченный чайник. Нужно дождаться завершения обжига, и работа будет завершена. Я тянусь за кистью, не зная, что собираюсь сделать, и чувствую, как что-то пушистое преграждает мне путь.
Перец молниеносно вскакивает между мной и чайником, его глаза серьёзны как никогда."
"— Остановись! — взмолился кот, и в его взгляде читается неподдельное беспокойство. — Сейчас ты всё испортишь! В таком состоянии к тонкой работе нельзя приступать, глазурь отреагирует на твои эмоции!
— Плевать! — я пытаюсь отодвинуть кота, но для столь маленького существа он удивительно тяжёлый и упрямый.
— Нет, не плевать! — в его голосе звучит почти человеческое отчаяние. — Ты столько работала, хочешь всё угробить из-за дурацкой ревности?
Его слова ударяют меня как пощёчина.
Ревность? Я не ревную!
— Я не ревную! — вспыхиваю я, чувствуя, как краска заливает щёки, но рука с кистью всё же замирает в воздухе. — С чего мне ревновать какого-то… самовлюблённого, высокомерного дракона?
Перец вздыхает и садится, обернув хвост вокруг лап. Внимательно следят за каждым моим движением.
— Послушай меня хоть раз, — говорит он тихо, но твёрдо. — Эридан пошёл к Нике не на свидание.
Она — угроза. Она организовала нападение.
Я фыркаю, скрещивая руки на груди. Мои ногти впиваются в кожу, но я едва замечаю эту боль.
— Да я уже поняла, что она какая-то его бывшая, — перебиваю я, чувствуя, как каждое слово пропитано ядом. — Но вместо того, чтобы поговорить со мной, объяснить ситуацию… Он ведь даже не спросил, как я!
Обида причиняет физическую боль где-то в груди. Меня трясёт от гнева, и я едва сдерживаюсь, чтобы не швырнуть что-нибудь в стену. Перец закатывает глаза так по-человечески, что в другой ситуации я бы рассмеялась.
— Ты же видела, он еле на ногах стоял, — его голос звучит устало, словно он объясняет очевидные вещи ребёнку. — Он пошёл туда не на чай с пирожными. Арестовать. Или что там драконы делают с теми, кто покушается на их жизнь?
— Мне плевать! — повторяю я, но уже не так яростно. Что-то в его словах заставляет меня сомневаться, и это ещё больше раздражает. Я опускаюсь на стул, внезапно ощущая смертельную усталость.
