Примерно через месяц Реа сказала, что нет смысла дальше платить аренду за ее квартиру — я же не против, если она перевезет ко мне оставшиеся вещи? Только тут я сообразил, что никогда не был у нее в гостях. И спросил почему.
Ее лицо погрустнело.
— Моя соседка постоянно там торчит. Да и к тому же мне неловко тебя приглашать — это настоящая дыра.
Я взял ее за руку.
— С какой стати тебе стесняться? Жилье в Лондоне дорогое, времена для бизнеса непростые — нет ничего постыдного в том, что порой приходится экономить.
— Да, но ты-то вон где живешь! — Она обвела рукой квартиру — указала на окна в пол с видом на Тауэрский мост, новехонькие колонки «Бэнг энд Олуфсен» и раннего Дэмиена Хёрста[1], которого я купил на прошлое Рождество и повесил на стену с оголенной каменной кладкой над восстановленным камином. — Приди ты ко мне в гости, я бы чувствовала себя бедной родственницей. Раньше у меня была собственная небольшая квартирка, довольно симпатичная — хотя, конечно, ничего похожего на твою, — но… в общем, пришлось ее продать.
Я кивнул, предположив, что она не смогла выплачивать ипотеку. Такое случается сплошь и рядом. Я крепко обнял Реа, прижал к себе, а потом отпустил, ощутив острый прилив любви при виде слез у нее на глазах.
— Ты же знаешь, деньги на эту квартиру и на собственный бизнес я унаследовал от отца. Да, пришлось потрудиться, но в целом мне все досталось на блюдечке. И я сомневаюсь, что справился бы сам, без Оливии и других людей, которые куда лучше меня разбираются в делах.
— Я снова обнял ее и поцеловал в лоб. — А ты строишь свой бизнес с нуля. Как по мне, это впечатляет куда больше, чем обладание собственным жильем.
Реа слабо улыбнулась.
— Я тебя люблю, — сказала она и спрятала лицо у меня на груди.
Мой рот растянулся в улыбке. Впервые она признавалась мне в любви.
— Я тоже тебя люблю, — ответил я. Мне уже давным-давно хотелось ей это сказать.
* * *"
"После того дня наши отношения развивались со скоростью света.
Оливия их не одобряла — я выслушал немало намеков на охоту за деньгами и тому подобное, — но я был влюблен, и Реа меня любила, я это точно знал. А если и нет, то все равно понимал, что лучше ее мне не найти. И мне этого было достаточно. Я ее любил. Знал, что буду ей хорошим мужем, а она мне — хорошей женой и… собственно, чего еще можно желать от брака? Я никогда еще не был так счастлив, как с ней, и уж точно не хотел возвращаться к прежней жизни.
