Что это, тонкая игра? Попытка окончательно нас запутать?
— Может, он надеется, что, запутавшись, мы махнем на проверку рукой?
— Но тогда ему проще было сидеть ровно и вообще ничего не предпринимать, — сказал Штоллер."
"— Это так, — согласился Весник. — Однако если предположить, что тогда в броневике в беседе с тобой он проводил предвербовочную подготовку, а потом решил, что сработал грубо, теперь его поведение с применением теста Шенхера может показаться логичным.
— А не слишком ли сложно? — спросил Горн.
— Сложно, — согласился Весник, заметив, что жвачка оказалась вишневой, а он вроде бы выбирал апельсиновую. — Сложно, — повторил он. — Но может, это так лишь выглядит? Есть у нас еще какие-то элементы в этой головоломке?
— Есть, — сказал Штоллер. — Я как раз хотел доложить относительно Веллингтона.
— А что с Веллингтоном? — спросил Горн.
— Наблюдение, сэр. Всем на базе известно, что Веллингтон битый в крушении алкоголик и ведет он себя соответственно. Ходит тяжело переваливаясь, не к месту громко смеется, хлопает всех по плечам.
— Что ж, адекватное поведение для его состояния, — сказал Горн. — Док Бредли уверяет, что у полковника Веллингтона были множественные повреждения в прошлом. Часть шрамов осталась, другие удалены.
— Да, сэр. Но если понаблюдать за Веллингтоном продолжительное время — часа два, можно заметить, что иногда его поведение меняется. Он вдруг распрямляет спину, легко шагает или вдруг прыгнет через три ступеньки в кунг технической разведки.
И тогда кажется, что он в хорошей форме, а никакая не развалина, которой хочет показаться.
— Чтобы быть в хорошей форме, ему нужны физические занятия, и мы это поощряем, но я ни разу не видел его на спортивной площадке, которую мы развернули.
— Да, сэр. Для обычного человека поддержка формы требует физических нагрузок, но хорошие специалисты нашего направления могут поддерживать эту форму в своей голове.
— Но до известных пределов.
— Так точно, до известных пределов.
— Давайте подведем предварительный итог, — предложил Весник.
— Веллингтон, как и Стентон, продолжают внушать подозрения. Правильно?
— Правильно, — кивнул Штоллер.
— А Хирш и Шойбле?
— Резерв. Мы не знаем их функций в группе, они их еще не проявили.
— И как бы это не оказалось для нас неприятным, если не сказать — шокирующим сюрпризом, — сказал Горн, и Штоллер с Весником повернулись в его сторону.
— А что вы так смотрите, господа офицеры? — развел он руками.
