Тот молча убрал его в карман, потом сорвал с бутылки пробку и разлил по стаканам.
— Будем! — произнес он нехитрый тост, и они выпили. Потом каждый отломил по кусочку от одного бутерброда, и они закусили.
— На север хочу податься, — сказал Веллингтон.
— На север? — переспросил Тукан и, сняв шляпу, положил на свободный стул. Это означало, что их общение переходит в разряд дружеской беседы. — Север он разный, Руди.
— Винцель.
— Винцель, — повторил Тукан и кивнул, а потом снова налил и они опять выпили.
Веллингтон почувствовал себя лучше, как будто к нему возвращалась молодость.
Краски становились ярче, звуки отчетливее.
— Там заправляют политические, по нашим понятиям — совсем мутные.
— О как.
— А что, раньше разве не слышал?
— Слышал что-то, но меня это не касалось.
— А чем промышлял? — спросил Тукан, бросив быстрый взгляд на тулью шляпы Веллингтона. Тот это заметил.
— Решал вопросы. То там, то сям.
— Мокрушник, что ль?
Тукан хохотнул и налил еще, но по половинке.
— Всякое бывало, — со вздохом признался Веллингтон.
— Ну, знаю я пару деловых с севера. Ларс Протяжный, у него чисто наши дела, присматривает за всеми, чтобы все шло чин чином, без никакого беспредела. Старается, чтобы все было по-тихому, умно и красиво. Полиция там вообще не появляется, а если наезжают, сразу к Ларсу — он им отстегнет и они снова на боковую.
— Надежный? В долю входить с ним стоит?
Тукан опрокинул свою половинку, Веллингтон свою. Они шумно выдохнули, но закусывать не стали.
— Если по малому, то можно, а если чего серьезное… — Тукан покачал головой.
— Я же тебе говорю — мутные они.
— Кто еще?
— Егерь.
— Егерь?
— Да, это у него погоняло такое, раньше он егерем служил где-то в заповеднике, но потом сбежал.
— Почему же он политический?
— Потому, что гребет все под себя. Хочет реально все получить, не что-то там по карманам шарить, а просто захватить территорию и править как губернатор какой-нибудь.
— А силы то у него на это есть?
— Силы имеются, — Тукан вздохнул.
— Сил у него будь здоров. Бригада в пятьдесят бойцов, джипы, оружие — все как полагается.
— На что же их кормит?
— Так он же все подгребает, я ж тебе говорил. Деловые рыдают, отдают магазины, лавки, заводики. Так что денежки у него водятся, да еще и с клыками общается.
— С «клыками»? — улыбнулся Веллингтон, догадавшись, о чем речь.
— Ну да. Он у них подработает, они ему стволов подбросят. Ну и вообще всяко его привечают.
— Опасный субъект.
— Не то слово.
