– Очевидно, что с «китовниками» у рейтар отношения более чем просто враждебные – не брали пленных, добивали на месте раненых и, самое необычное, отказались от столкновения с Приддом ради атаки на собственную пехоту."
"– Прежде, чем я соглашусь, – задал неизбежный вопрос Лионель, – я хочу убедиться, что вы все безоговорочно верите рапорту Придда.
– Валентин отвечает за свои слова, – твердо сказал Ариго. – Другое дело, что я ни кошки не понял ни про «китовников», ни про Греслау, которого зачем-то понадобилось убивать.
Если б Рейфер пытался его отбить, я бы не удивлялся, а тут ерунда какая-то…
– Кит был на парусе короля Торстена, которого вариты, когда принимали эсператизм, объявили святым, – объяснил бергер. – То, что этот пират умер, не зная таких слов, как «Создатель» и «Эсператия», не помешало ни дриксам, ни Агарису, но, Герман, боюсь, у нас будет больше неприятностей от живых «китовников», чем от мертвого короля. Почему Валентин счел необходимым убить фок Греслау, я пока объяснить не могу. Его восприятие «китовников» как чего-то нечистого, крайне опасного и чуждого мне пока непонятно, но обратите внимание – действия Придда встретили полное одобрение Рейфера и, как пишет сам полковник, повлияли на решение нашего знакомого «гуся» атаковать немедленно.
А ведь гораздо разумнее для него было бы дождаться победы «китовников» над марагами и наброситься на расслабившихся победителей.
– Да уж, – Эмиль, не скрываясь, зевнул. – Повезло «спруту», ничего не скажешь, но ему в Марагоне не место. Гирке пусть остается пока – и долечится, и при деле будет, пошлем ему полковника поздоровей в помощь.
Ну а Рейфера при всей его благости проводить нужно до самого Мариенбурга. Если он в самом деле туда двинулся.
– Да, – подтвердил Райнштайнер, – Придд необходим здесь. Несомненно, он заметил гораздо больше, чем успел написать. Мне очень жаль, что я не поехал во Франциск-Вельде вместе с бароном Катершванцем, но это не казалось необходимым. Кроме того, надо еще раз расспросить девушку о выходцах, это придется кому-то сделать на месте, поскольку разлучать баронессу Вейзель еще и с приемной дочерью теперь стало невозможно.
Позже, если перемирие с Бруно будет достигнуто, я отправлюсь в Альт-Вельдер лично, тем более что Бергмарк должна отдать последние почести барону Вейзелю.
– Может быть, – буркнул Эмиль, – хватит о нечисти? Светает уже… Кто заменит Вейзеля? Об этом вы подумали? Я-то свои пушки отослал Дьегаррону вместе с артиллерийским генералом.
– Вейзеля не заменишь.
