– От возмущения дочка забыла про кота и немедля заработала недовольный тычок под локоть. Именно так и следует жить: если судьба перестает тебя гладить, бодни ее, если замахнется – выпусти когти.
– Ну, не знаю… – Капитанша, как могла, изобразила недоверие. – Зачем-то ты этого Понси привадила, да и с другими офицерами заигрываешь.
– Мама, это же совсем другое… Ты не понимаешь!
– Прогулку с таким чучелом понять в самом деле трудно. Я за десять минут с ним чуть паршами не пошла.
– Я… Мама, помнишь, как на меня ругалась Цилла? Когда мы были в Багерлее?
– Помню.
И что?
– Понимаешь, я не сплю, когда приходят выходцы, и я все про них помню. Я и невепря видела.
– Я тоже.
– Ты закрывала глаза, а я все время видела. И когда Айри в Надор уезжала, я знала, что лучше ей не ехать.
– Еще б ты не знала, когда она тебе про свою родню и про свои болячки все выложила, а вот что нужно из Надора бежать, ты не поняла.
– Это нет. – Как быстро у Сэль глаза наполняются слезами, и как ей это идет.
И будет идти еще лет двадцать. – Мама, когда в Фарне на меня напал тот дворецкий, он ведь злился сразу и как папенька, и как Цилла. Я сперва испугалась и не поняла, только позже, когда мы уже с Уилером подошли… Этот…
– Кнуд.
– Да, Кнуд… Он врал, что ничего плохого не хотел, а как меня увидел, снова начал ругаться. И я… Я тоже…
– Что-то не помню, чтобы ты ругалась.
– Ну мама… Мне было не жалко, когда его били. Совсем. Знаешь, если б я стала кошкой, я бы рычала.
Как Маршал, когда приходит Зоя… Потом это прошло, но, когда нас водили к регенту, там, в приемной, сидел капитан Оксхолл… Он ничего не говорил, даже не смотрел, а мне вдруг стало страшно и захотелось его ударить… Ты потом сказала, что регенту надо бы увидеть «бесноватого». Я подумала, что, если я ничего не путаю, капитан не выдержит и на меня набросится, только нужно побыть подольше в приемной. Мама, я же не могла искать там кота, вот и пришлось слушать стихи и говорить с офицерами.
И потом тоже… Госпожа графиня думает, это как чума; я боялась, вдруг кто-нибудь от капитана Оксхолла заразился.
– Ты кому-то об этом говорила?
– Нет. Я сперва хотела проверить.
– Правильно, лучше подождать…
То, что Сэль накоротке с нечистью, Савиньяка вроде бы не смущает, но одно дело не засыпать от выходцев, а другое – оказаться «грязной фульгой». Обдумать положение Луизе помешал военный комендант Тармы.
