Утешая, решая, порой крича, нареченная Юлианой прогоняла страх и отчаянье будто забравшихся в сад свиней, но Мэллит видела, как она косится туда, где гремят пушки ее мужа. Они стреляли не часто, но каждый выстрел придавал уверенности всем и на мгновение дарил покой сердцу роскошной.
– Полотно, – запричитала девушка, столь же худая, как и Мэллит, – ох… Полотно кончается… Ох… Мне одной много не принести!
– Идем, – сказала гоганни, – я помогу.
Простынь уже не осталось, и старухи у котлов теперь рвали одежду и белье.
Они, заглушая пальбу, продолжали выть свои песни, и от этого воя и тряпичных куч, пестрых, как одежды безумцев, Мэллит стало страшно, словно она вновь стояла у мертвой ары или смотрела в глаза обезумевшей от ненависти первородной. Чтобы не закричать и не закрыть руками лицо, добавляя страха другим, гоганни спросила спутницу про песню.
– Жил один граф, – ответила худая, – он полюбил жену старика… Граф уговаривал мужа ее отдать, подарки обещал… Золото, лошадь с седлом, дом, крыжовник… А муж задаром отдал, только он ее убил сначала… Барышня, вам плохо, да?
– Так плохо бывает всем женщинам… Каждую луну…
– Ага… Вот у меня…
– Полотно! Полотно давай…
Воззвав мыслями к детям Кабиоховым и хранящему эти земли Создателю, Мэллит сосредоточилась на тех, кто ждал помощи.
Их было много – совсем еще мальчик с простреленным плечом, чем-то похожий на достославного Канниоля полный старик, драгун, чье имя было Бертольд и чья кровь никак не желала останавливаться…
Руки Мэллит были заняты делом, разум – борьбой с цепким, неотвязным ужасом, и гоганни не сразу заметила, что стихла пальба.
Об этом сказала роскошная, взглянув на солнце; она решила, что людей пора кормить, и лучше сделать это, пока тихо. Под котлами с недоваренным супом вновь развели огонь, и чрезмерная Берта принялась нарезать огромными ломтями серый марагский хлеб. Рядом в корзинках вяли отобранные роскошной травы, их тоже нужно было нарезать, гоганни завертела головой в поисках ножа и увидела одного из людей первородного Валентина.
Не Герхарда, того, что караулил внизу.
– Сударыня, – он быстро подошел, – может, помочь нужно?
– Я ищу нож, – начала Мэллит, но воин поднял корзину с луком и шепнул:
– Лучше вам знать… Убит генерал Вейзель. Давно, еще в первую атаку.
– Но пушки… – вцепилась в тень надежды Мэллит. – Они стреляют…
– Батарея цела, сударыня… Сюда идет баронесса Вейзель.
