– Зато я чего хочу, того и касаюсь, – передразнил старину Валтазара Марсель и вдруг вспомнил! – Коко называл Рожу ликом Полуночи и Полудня, может, по утрам и вечерам она не действует? Ты говоришь, мы почти пришли, подождем до заката. У Иссерциала герой если не в полдень гибнет, то в полночь, а старый охальник питался гальтарскими мифами. Может, это неспроста?
– А кто сказал, что умирать надо в сумерках? – отмахнулся Алва. – Днем убивают в бою, ночью – из-за угла, обычная логика. Что у тебя с ногой?
– Гвоздь. – Для пущей убедительности виконт стащил сапог и пошарил в нем рукой, гвоздь охотно поздоровался.
– Может, камнем стукнуть? Вдруг забьется…
– Считай его знамением. – Рокэ поднялся. – Я нанесу визит тем, кто меня ждет, а ты, как нежданный, наблюдай за гвоздем. Начнет источать кровь, значит, это неспроста.
– Лучше ее источу я, – отрезал виконт, торопливо натягивая сапог. – Ты без меня заблудишься и замерзнешь, а я без тебя боюсь.
Алва засмеялся, но Валме ему не поверил.
2
– В целом положение на левом фланге я бы назвал не бедственным, а всего лишь плохим, – утешил Райнштайнер.
– Дриксы слегка выдохлись и сейчас не столько рвутся вперед, сколько обороняют захваченное, но я рад, что ты здесь. Я могу удерживать позицию, однако на большее сил не хватает."
"– Спасибо хоть сбить Маллэ с Болотного не удалось. – Ариго кивнул в сторону вершины, откуда доносилась мушкетная трескотня, перемежаемая гулкими ударами пушек.
– К сожалению, дела обстоят несколько хуже. Я успел привести сюда все четыре свои полка, но один из них был вынужден отправить на холм, без этого и без появления Придда люди Маллэ не выдержали бы.
– Значит, это твои там шумят?
– Да. Пришлось разделить силы, что очень опасно.
Все тут опасно, чего уж…
– Я понял. Хорошо бы отбросить «крашеных» назад, а после – полностью очистить курган. Дриксы, по твоим словам, притомились и сложили крылья, а мы поторопимся.
– У тебя уже есть план? – осведомился бергер; таким же тоном он спрашивал, что подадут на второе.
– Плана нет, но с нашими силами особо не размахнешься.
Надо бы подняться повыше, отсюда п'oля не видно, а разглядеть его следует.
– Ты рискуешь повторить Печальный Язык, – назидательно произнес Райнштайнер, – только сегодня это обойдется дороже.
– Не дороже слепоты. Где Придд и Маллэ?
– В войсках. Генерал Маллэ производит удручающее впечатление. Все, чего он хочет, – это погибнуть с честью.
– Ну и дурак! – Ариго пробежался глазами по сгрудившейся неподалеку немногочисленной свите.
