Рассекая её взмахом меча, Хаджар отправил в полет разрез клинка. Обдуваемый ветром, игнорируя то, что его разрез снес головы двум лезущим на крышу Да’Кхасси, Хаджар юркнул между двумя обломками башни.
Перевернувшись в воздухе, он пробежался по тому, что падал последним, затем оттолкнулся и усилием воли взмахнул плащом.
Тот вновь вытянулся широкой лентой, опутал падающий позади Хаджара камень и, будто выстрелом пращи, отправил его в сторону Короля.
Хаджар, меньше, чем за удар сердца, выполнил шесть легких взмахов.
Каждый из них сотворил тончайший, но длинный разрез, который раскрошил камни и обтесал их, превращая в острые снаряды.
Усилием воли Хаджар отправил их перед собой, а на самый длинный и прочный запрыгнул и сам. Так, подгоняя себя волей и стойкой Ветра, он, рассекая воздух, полетел к Короля.
– УНИЧТОЖУ! – взревел демон.
От его рева разошлась звуковая волна. Она не только раскрошила каменные снаряды, служившие защитой Хаджару, но и скомкала железную плиту, на которой недавно стоял Король.
Теперь, размахивая огромными крыльями, он завис в воздухе, а под ним, вплоть до самого первого этажа, зиял черный провал.
Хаджар почувствовал столь короткую вспышку опасности, что смог лишь зафиксировать её присутствие, но никак не отреагировать.
Огромная челюсть, способная проглотить весь нос “Пьяного Гуся” появилась прямо перед ним. Благо, не успевая среагировать телесно, Хаджар, благодаря увеличенным меридианам, успел послать перед собой короткий импульс силы."
"Столкнув самого себя с каменного “транспорта”, Хаджар падая на спину наблюдал за тем, как десяти метровая каменная спица исчезает в едва видимой взгляду клыкастой пасти.
– Интересно, как тебе это пон…
Не успел Хаджар договорить, как челюсти Короля сомкнулись. Они, легко, не замечая никакого сопротивления, разбили каменный снаряд, способный навредить крепостным стенам Даанатана.
Черный плащ Зова взвился широкой лентой и, опутав край провала, послужил подобием лианы. Хаджар, спасшись от падения, перекатился по черепице и, опустившись на одно колено, выставил перед собой меч.
Держа его в правой руке, левую он приложил к обратно кромке лезвия.
Подобная стойка была максимально защитной, лишенной всяких прорех.
Король, в чьих голубых глазах плескался океан безумия, вытянул перед собой руки-лапы. Из запястьев, разрезая кожу и проливая на крышу кислотную, зеленую кровь, сжигающую камни, вытянулись костяне копья. Демон взревел, исторгая очередную звуковую волну.
