А та неплохо знала Эйне и, видимо, замолвила словечко, так что теперь Хаджар приятельствовал с рыжей девушкой.
Она часто добывала ему дополнительную порцию пищи или оставляла слишком уж щедрые “чаевые”. Их Хаджар старательно копил. Ведь не думали ли же вы, что он забыл про свою главную цель – найти лекарство.
А в этом мире все можно было добыть лишь двумя путями. Либо отнять силой, либо купить. Первый путь для Хаджара был закрыт, но вот второй…"
"В темнице, среди мрака и смрада, на цепях висела старая женщина.
Исхудавшая до состояния скелета, с многочисленными порезами на теле, прикрытом лишь парой лоскутов старой хламиды.
Единственным, что нарушило вязкую тишину, стал скрип несмазанных железных петель.
В помещение вошел широкоплечий, седовласый мужчина. В тяжелой короне из золота, отбрасывающий блики от света факелов. Их держали стоящий позади солдаты в синей броне.
– Примус, – прокряхтела женщина. – Ты настолько боишься меня, что пришел с охраной.
Король не раздумывая отвесил звонкую пощечину.
Он даже не думал предварительно снять латную перчатку. От того голова женщины безвольно качнулась влево, а на каменный пол упали алые капли.
– Где он?
– Тебе надо быть поконкретнее, Примус.
Женщина беззубо улыбнулась и засмеялась диким, почти сумасшедшим смехом.
– Где Меч Короля, няня?!
Да, в темнице к стене была прикована изменившаяся до неузнаваемости няня. Казалось лишь недавно она буквально излучала ауру здоровья. Сейчас же на неё было сложно смотреть без слез.
– Я ведь тебя учила, Примус, – кряхтела бывшая наставница королевских братьев.
– Что брать чужое нехорошо.
Очередная пощечина, новый болезненный вскрик и алый всплеск.
– Десять лет, няня. Десять лет страданий – может уже пора их прекратить? Скажи мне, где Меч Короля.
Няня подняла голову и в её помутненном взоре на миг отобразился лучик разума.
– Отдать тебе регалию королевской семьи? Тебе?! Братоубийца!
Примус замахнулся, но так и не сделал третьего удара. Лишь безвольно опустил руку.
– Хавер был слаб.
– А ты так силен, что приковал меня к стене? – няня плюнула в бывшего подопечного. – А твоя дочь, Примус, она знает чья она на самом деле? Она знает, что стало с её родителями и братом?!
Примус дернулся в сторону.
– Старая ведьма, – прошипел он и, развернувшись, пошел прочь из темницы. – Увидимся через год, няня.
Он уже почти вышел, как ему в спину донеслось.
– Через год, через два или три, но ты чувствуешь, Примус. Чувствуешь, да? Как утекает твое время.
