Глава 54
В технике Травеса – “Меч легкого бриза” существовало семь стоек. Первая из них “Крепчающий ветер”, потребовала от Хаджара всех знаний о мече и всех умений, которые он нажил за годы жизни. Можно сказать, она была их квинтэссенцией и потребовала лишь сконцентрировать и так имевшиеся в наличии навыки.
Вторая же… она была настолько мистична, призрачна и непостоянна, что Хаджар даже основ её понять не смог. И все же, он успел за ночь довести первую из стоек до состояния, когда мог дважды её использовать.
На большее у него не хватало ни сил, ни энергии.
Несмотря на то, что та возросла и качественно изменилась, её все еще было катастрофически мало.
И после того, как Хаджар взмахнул клинком, то в сторону Колина устремился вихрь. Но если бы у простого мечника, которому бы посчастливилось узнать технику Травеса, вихрь так бы и остался бы бритвено острым ветром, то…
Адъютанту пришлось защищать не только от ветра, способного рассечь камень, но и от призрачных клинков в нем спрятанных.
Зрители же видели нечто невероятное – практикующий стадии Формирования смог отбросить и заставить защищать того, кто стоял на целую стадию выше.
Будто перед ними был вовсе не офицер, а герой из старых легенд."
"Колин, отброшенный на пять шагов назад, все же смог развеять вражескую технику. Его лицо, покрытое кровоточащими порезами, руки, заливаемые алым, все его я – было ранено и уязвлено.
Он что-то закричал, но Хаджар не слушал.
Он вновь сократил расстояние, входя в партер. Так он мог избежать зеленого жала.
Хаджар не был уверен, что сможет его отразить во второй раз, а значит бой следовало заканчивать. К тому же, энергии в нем оставалось все на минуту, если не меньше.
А вот Колин наверняка мог продолжать в несколько раз дольше.
Хаджар ударил по запястью Колина. Тот поставил блок и со звоном отбросил клинок противника в сторону. Используя полученную от удара инерцию, Хаджар юлой развернулся на пятках и, приседая, подсек ноги врага.
Тот подпрыгнул в воздух и оттуда “выстрелил скорпионьим жалом”, которое тут же оказалось рассеченное призрачным ударом, ставшим чуть более отчетливым, чуть прежде.
Их бой напоминал шахматную партию.
На каждый удар находился контрудар. На каждую меру – контрмера.
Сверкали искры и десятки раз за считанные мгновения лезвия клинков встречали друг друга. Тела сражающихся покрывались ранами и брызги крови рубинами взлетали к небу.
Порой, от самых сильных столкновений, в стороны разлетались “осколки” их техник и ударов меча.
