В их составе есть одна интересная травка, поэтому они-то и произвели такой эффект на Алфи. На других кошках тоже будет работать безотказно. Риск оказаться съеденной во время медосмотра теперь в прошлом! — хохочет рыжая.
— Как вам удается в одиночку управлять всем этим?
Жозефина пожимает плечами.
— Это то, что мне нравится. Если нет, то какой смысл?
— Ну да…
— Герцогине ведь тоже нравится.
— Что?
— Заботится о других людях. Вы можете быть жесткой, но на самом деле пушистая и премиленькая, как этот розовый мягконос.
Мягконос…это она про пудрово-розового кролика, размером с корову, возле вольера которого мы остановились. Зверь топнул лапкой и прыгнул в сторону кормушки.
— Но они страшны в гневе, когда защищают свою стаю. Даже львы будут держаться в стороне, — говорит Жозефина.
— Увидимся в предстоящем сезоне, герцогиня.
Мы с рыжеволосой хозяйкой прощаемся у входа в зоосад. Кто же эта девушка на самом деле? Не знала, что она еще и аристократка. В оригинале это не упоминалось.
Я сажусь в карету. Пора домой. Сегодня я поговорю с Фелисией. Прикрываю глаза и откидываюсь на обитую стенку экипажа.
— Кучер, мы едем уже долго? Что происходит? — высовываюсь из окна и кричу извозчику. Глаза немного щиплет после резкого пробуждения.
Ответа нет.
Скорость у кареты немаленькая. Небо уже потемнело, вечереет. Скоро солнце окончательно спрячется за горизонт.
Пейзаж за окном мне не знаком. Какой-то лес. Это не столица, не городские узкие улочки, мощенные камнем.
Меня что, похитили?
Юнис, епрст, что за дела!
Прыгать?
Очень опасно, экипаж движется быстро. По мне не скажешь, но я девушка, которая боится боли, а еще меня немного мутит от вида собственной крови. Это точно не вариант.
Мы едем уже минут десять, лес становится гуще, а на землю окончательно опускаются сумерки. Сердце гулко стучит от напряжения и тревоги.
Я затягиваю туже ручной арбалет на правом запястье. К счастью, на мне сегодня платье с длинными расклешенными к низу рукавами.
Как чувствовала, настоящий закон подлости. Если есть вероятность произойти какой-то фигне, она точно произойдет.
Дверь кареты распахивается.
Так и знала.
Самодовольная рожа Нейта возникает напротив. Он направляет на меня меч с презрительной ухмылкой на губах.
— Выходи, герцогиня.
Я повинуюсь.
На природе холоднее, чем в городе. Нейт не один. Еще трое неизвестных мужчин рядом. Один из них держит факел, освещая путь.
