Конспекты писать! Сидеть дома! То еще испытание!
Ну а себе я задачу оставила посложнее.
Надо выйти на хозяина башни и получить пропуск на экзамен для Эда — это раз. Прав он, что просто так с улицы попасть в это место нереально. И два — найти для подготовки к экзаменам подходящую литературу. Не такую, где обо всем и ни о чем, а реально полезную информацию.
Кто, если не я, будет верить в силы этого ребенка? А для того, чтобы Эдвард засиял ярче звезд в ночном небе не жаль приложить все усилия, на которые только способна и даже больше.
Просто так. Просто потому, что я не могу смотреть, как он тонет в сомнениях и зарывает голову в песок. Не хочу, чтобы через десятки лет Эдвард о чем-то жалел.
И заметьте, как осторожно я вычеркнула из жизни приятелей брата, которые дурно на него влияли. Не будет больше студентом Академии финансов, значит не будет там с ними видится. А без контакта и общих точек соприкосновения дружба сама собой сойдет на нет.
Наказать как-то хулигана тоже нужно было. Такой проступок не может сойти с рук.
Дома сидеть и конспекты писать как-то несерьезно. Нужно вообще все соблазны шататься невесть где отбить.
— Еще, пожалуй, заблокируем на время твой банковский счет. Живешь дома, в еде тебе никто здесь не отказывает. Одежду если нужна я сама куплю, и принадлежности для учебы тоже. Да и во время домашнего ареста деньги тратить негде. Согласен?
Родители Эда и остальных до своей смерти позаботились о наследстве детей. У каждого был свой трастовый фонд под контролем поверенного управляющего до достижения зрелости или вступления в брак.
Даже став главой семьи сам Рейнард ничего не мог сделать с деньгами братьев и сестры, которые были на доверительном управлении у поверенного.
Очень умный ход со стороны предыдущей герцогской четы. Особенно оговорка «до достижения зрелости», как именно определялась эта зрелость? Какими критериями? Составили ли эти требования родители наследников?
Я знаю лишь, что Рейнард уже получил в руки свою часть наследства.
А вот его младшие братья и сестра довольствовались только дивидендами на личные счета. До основной же части собственного наследства, уж не знаю, были ли попытки, но доступа не имели. Видимо, доверенное лицо считало, что они пока еще «незрелые». Мое уважение поверенному, видит он их насквозь.
Но даже дивидендов вполне хватало на роскошную жизнь.
Эдвард откинулся на спинку кресла, обреченно принимая свою участь. Много всего для одного дня, понимаю.
