Не так волнует то, где мы окажемся, главное, что этот путь мы разделили вместе.
Ощущая на лице прохладу зимнего ветерка и попивая горячий шоколад, я, прищурившись от удовольствия, гляжу на профиль идущего бок о бок со мной Рейнарда, специально подстраивающегося под мой шаг.
Почувствовав взгляд, герцог оборачивается и тепло улыбается.
— Что ты делаешь? Идем, — Рей тянет замедлившуюся меня вперед.
— Запоминаю.
Каждый счастливый миг, каждую улыбку, похожую на снежинку своей неповторимостью, все, что радует, а иногда злит, хочу запомнить, отпечатать в памяти.
Рей, глубоко сделав вдох и выдох, сует руку в карман брюк и протягивает мне бархатную коробочку. Романтикой не пахнет.
— Хотел после ужина, но не могу больше ждать…Не делай такое лицо, пожалуйста. Ну как тут выдержишь?!
Я смеюсь, качаю головой. Какое такое лицо не делать? Мимо проходят, поглядывая на нас, прохожие, проезжают экипажи. Выбирать время он совсем не умеет. Еще один момент в копилку.
До герцога наконец доходит.
— Аргх, варрх, какой же я дурак! На улице, посреди толпы, на холоде…Так, все, забудь, — коробочку выхватывают из рук и снова суют в карман подрагивающими от волнения пальцами.
Рейнард делает лицо как ни в чем не бывало. Только до этого его уши не были такими красными.
— Ну, что хочешь на ужин?
— Дай.
Я протягиваю вперед открытую ладонь."
"— Нет, — отвечает строго.
— Рей. Отдай мне мое кольцо, — пытаюсь звучать серьезно, душа рвущийся наружу смех.
Правильно говорят, поспешишь — людей насмешишь.
А ведь до этого держался, я же и не подозревала ничего. И чего волновался, итак уже женаты, второй раз нас венчать никто не возьмется. А кольца — атрибутика, не все их носят.
Замешкавшись, Рей достает обратно бархатную коробочку, лицо у него, словно она в любой момент взорвется. Я выхватываю ее быстрее, чем он может опомниться, надеваю кольцо на палец сначала себе, потом ему.
— Вот и все…Но это не значит, что я сдалась, понятно? Месяцем ухаживаний тебе не отделаться, — предупреждаю застывшего Рейнарда.
Я его, между прочим, целый год ждала! При других условиях, но кто прошлое помянет…
— Ага… — кивает, таращась на наши руки супруг.
— Может, на следующих выходных выберемся к озеру? Можно на коньках покататься, вода уже застыла. Или на лыжах?
На пальчике блестит тонкий ободок, такой же, как и у Рея. Руки переплетаются. Под ногами хрустит снег, оживленная голосами улица и не думает утихать, зажигаются фонари.
