И пока возникший экономический рост не уперся в потолок консерватизма и политической ограниченности, не приведя в результате к жестким противоречиям, нужно что-то делать.
Я замираю. Не думала, что он размышлял над этим делом так серьезно. В груди разливается приятное тепло. Вообще необычно, что мы работаем вдвоем на одной стороне. Раньше я всегда была одна и защищала собственные интересы, преодолевая невзгоды, самостоятельно."
"После слов Рейнарда Мелвин хмурится и поджимает губы, серьезно размышляя над сказанным. Сейчас и не скажешь, что в личной жизни у них с герцогом есть несведенные счеты.
— Юнис, может быть, чаю? У меня есть твое любимое печенье, я запомнил с прошлого раза. Нам предстоит долгая беседа, — Мелвин вдруг расцветает улыбкой.
Кошу взгляд в сторону мужа. Рано я обрадовалась. У него на челюсти выступили желваки, но в остальном Рей держит себя в руках. Дразнить его еще больше не хочется, так что предложение хозяина кабинета вежливо отклоняется.
Мир стремительно движется вперед. Молодое поколение находит несправедливым нынешнее перераспределение благ, свою ограниченность из-за рождения в семье, которую они не выбирали.
Они смотрят на дворян, которым все преподносится на серебряной ложечке и негодуют, но сдерживают недовольство. Так и копится народный гнев.
Отчего-то мне вспоминается Нейт. Он был тем еще подонком, но какая-то доля правды была в его речах. Через несколько лет таких как он будет становится только больше. Обозленных на аристократов, их предводителя- императора, и решивших, что им терять уже нечего.
Школы для всех, университеты, программы по поддержке выходцев из народа и малообеспеченных, равные права, отмена льгот для дворянства, одинаковая налоговая ставка для всех и прочее, прочее…Этот мир еще подобного не видел.
Возможно, что Рей прав и сам Доминик хотел для своих подданых блага, но встретил сильное сопротивление, вдобавок, пострадала его семья и император отказался от подобных мыслей, пытаясь хоть немного сдержать дворянство и этим же вызывая только большее его негодование.
Мужу как истинному герою и коренному жителю этой реальности виднее, какое будущее будет лучше для страны и ее населения. Привычные для меня основы демократии здесь только на стадии зародыша. И я не считала себя той, кто должна спасти всех и что-то изменить, просто приспособилась под условия новой жизни, понимая, что не мне здесь менять государственный строй. Ни нужных знаний, ни возможностей у меня для этого нет. Да и поддержки тоже.
Не было.
