Кто вы такая на самом деле?
— Я-я не понимаю, о чем вы говорите!
Ложь. Определенно ложь.
— Что ж, ваше право хранить секрет о собственном происхождении. А наше право решать, верить вам или нет.
— Нет, вы обязаны мне поверить. Герцог…Рейнард, вы должны мне верить! Должны!
— Не приближайтесь! — отшатываюсь назад, когда вдруг эта сумасшедшая пытается сократить дистанцию.
— Рейнард, вы же чувствуете то же, что и я! Не лгите себе! Судьбой предначертано…
Какого варрха?!
— Эд, помоги! — кричу я братцу, поддаваясь панике, не хочется и пальцем соприкасаться с этой безумной.
Хорошо, что в семье есть маг. Эдвард щелкает пальцами, и Шарлотта замирает на месте, словно ее ноги приклеились к полу.
— Вот умора, Рей. Ты визжал как девица в беде! Жалко, что и рассказать некому, я так понимаю, что все происходящее в этой комнате должно остаться тайной?
— …Верно понимаешь.
— Ваша светлость, прошу, — Шарлотта тянет руки в мою сторону, отпрыгиваю от нее прочь как от прокаженной.
Обстановку разряжает хохот Эдварда.
Честно, в такой ситуации он сгибается пополам и ржет во весь голос.
— Милочка, — Эд вытирает выступившие на глаза от смеха слезы, — Он блюдет чистоту для своей супруги! Мы, Эккарты, преданы своим любимым!
Эмоционально нестабильная девица с рыданий переходит на визг.
— Что с ней теперь делать?
Я прикусываю губу.
— В подвале вроде, сохранилась темница…Давай пока что туда ее. Потом будем разбираться.
Когда-то давно в поместье были камеры для преступников, поскольку на своей земле мои предки могли вершить суд самостоятельно.
Но законы давно поменялись, и сейчас правосудие строго осуществляется имперскими судами. А темница осталась.
Однозначно возвращать Шарлотту виконту Алрою нельзя. В каких же Юнис росла условиях, понять несложно, родной отец добрее отнесся к чужой девице без рода и племени, нежели к собственной дочери. Кто на самом деле эта Шарлотта такая?
Юнис
Рейнард появляется вместе с Эдвардом во время второго танца. Краем уха слушаю рассказ Дортвуда о какой-то облаве в нелегальном казино, следя за входом.
Герцог и его младший брат о чем-то переговариваются, когда через целый зал мы с ним встречаемся взглядами.
Что-то случилось? Почему у него такое озабоченное выражение лица?
— Юнис?
— Ох, прошу прощения, — отворачиваюсь обратно к своему партнеру по танцу. Слишком долго я смотрела на Рейнарда."
"— Ничего. Видимо, все же не судьба, — шутливо улыбается следователь.
— Вы о чем?
Бэриот мотает головой. Музыка заканчивается.
