…В ночь с пятницы на субботу…Ваша верная перу журналистка прибыла на место в компании охраны и рвущегося вперед несмотря на нарушение приказа от начальства, тревожащегося за сестру и невестку непоколебимого Джареда Эккарта, однако, стоило одним четким движением этому рыцарю выбить дверь, как перед нами предстала поистине занимательная картина…. (Снимок № 2)
Помощь была ее светлости и не нужна. Какой же магией владеет эта храбрая девушка, от которой мужчины теряют головы? А некоторым грозит взаправду их лишиться, ибо мои верные почитатели, похищение является уголовно наказуемым преступлением в империи…Не иначе как любовно-боевой…"
"…Спешу вас заверить, что ни герцогиня, ни леди Фелисия не пострадали… Юнис Эккарт доказала нам, женщинам, что для того, чтобы сразить мужчину наповал, достаточно и кочерги…А тем, чьи сердца забились чаще от похождений герцогини, спешу напомнить, что она пока что замужем…
…Подводя итоги сказанному, предлагаю ввести новый отсчет.
Со скорбью в сердце сообщаю, что сегодня 68 день как ее светлость Юнис в браке. Надеюсь, однажды найдется смельчак, что пойдет с петицией об освобождении этой маленькой храброй женщины из лап герцога загребущего и покинувшего супругу сразу после свадьбы к императору! — Фелисия высокопарно заканчивает зачитывать статью Лавинии Ромфилд и закатывает глаза, брезгливо отбрасывая газетенку прочь, чтобы ее тут же сцапал Эд.
— Это что еще такое? Непоколебимый Джаред? — Эдвард смеется, кидая на застывшего на стуле брата взгляд, и тычет пальцем в большое фото на развороте газеты.
— Готовься расстаться со своей непорочностью, братец! Все леди города объявят на тебя охоту.
— Меня больше пугает, что охоту объявят на Юнис! — дуется Фелисия.
Сабрина со знанием кивает. Они в последние дни неразлучны. Надеюсь, что девочка только подражает золовке и по-настоящему в вопросе не разбирается, рано ей еще.
Я беру вестник в руки после младшего брата.
Ох, боги, этот снимок! Лучше бы мне его не видеть. Из соображений цензуры, не иначе, Лавиния замазала лица преступников, налепив поверх них сердечки. И получилась фотография: я, неловко выжимающая на губах улыбку, все еще держащая на весу кочергу, и валяющиеся на полу сердца с мужскими туловищами. Неудивительно, что она наотрез отказалась мне его показывать вчера.
