Почувствовав меня, Костя добавляет к ласкам пальцы и, уже не оставляет мне шансов, отправляя в сладкое ощущение жаркого удовольствия по всему телу. Кажется оно взрывается вулканом в копчике, окатывает живот и растекается по венам. Мой первый…
— Костя… Костя… - вскрикиваю, дрожа всем телом в его руках. Ощущаю, как из глаз на подушку начинают течь слёзы."
"Тихомиров рывком нависает надо мной и впивается в губы поцелуем, гася рвущиеся из горла стоны.
— Я люблю тебя, — горячо шепчет мне в рот и в следующее мгновение выбивает из моих легких остатки воздуха, соединяя наши тела одним толчком.
— Костя… ах, — я со стоном выгибаюсь и хватаюсь за его плечи и обвиваю ногами его поясницу. Хочу…
— Черт… — шипит Тихомиров и замирает, прикрывая глаза. — Меня сейчас разорвёт, детка. Будет быстро… но обещаю, что в следующий раз я тебя замучаю.
— Все хорошо, — отвечаю ему смущенно. Не могу говорить пока так открыто о сексе, как он. — Мужчине должно быть хорошо с женщиной.
— Женщине тоже, моя девочка, — серьезно отвечает он.
Мы врезаемся в друг друга горячими взглядами, и я поощрительно скольжу ладонями по его груди. Ах какой! Только если представить возможности тела и силу, все в груди восхищённо замирает.
Костя со стоном стискивает меня в объятиях и просто срывается. Зацеловывает мои губы, видимо, пытаясь этим компенсировать страстность и резкость.
Неожиданно я понимаю, что так моему телу тоже нравится. Очень-очень! Так сильно, что хочется кричать в голос.
Боже, чем я занималась в своём браке? Как вообще от этого недоразумения мог случиться ребёнок?! Не удивительно, что так долго не получалось. С Костей бы такого не было. И если бы я не была беременной, то непременно ею стала. Вот прямо сейчас…
— Покричи для меня, детка, — утробно рычит Тихомиров и, смяв мою грудь ладонями, с жадностью впивается поцелуями. В каждую по очереди.
Я действительно не могу больше сдерживаться и вскрикиваю. На каждый укус по нежной коже, поцелуй, движение тел…
Нас накрывает удовольствием одновременно.
Я чувствую, как по плечам Кости прикатывается дрожь, а потом между нашими телами становится горячо и мокро.
— Ммм… — посмеиваясь, трется Тихомиров носом о мою щеку. — Кажется, я только что отрезал тебе все пути к отступлению. Теперь, как порядочная исламская женщина, ты просто обязана стать моей женой.
— Костя… — заливаясь смущением, смеюсь в ответ и прячу лицо у него на плече. — Я же не против.
