— Я могу остаться в гостинице."
"— Нет уж, — усмехается. — Это не наш путь. Пойдём, уже ждёт машина…
Он подаёт мне руку.
Я мешкаю, не зная, как правильно поступить. И несколько секунд тоже рассматриваю Константина, но не шикарный костюм и идеальную мужскую фигуру, а лицо. Заглядываю в глаза, пытаясь найти там для себя подвох или же наоборот- ответ на главный вопрос. Да или нет? Появиться перед людьми с мужчиной — это для меня важный шаг. Можно сказать, что «манифест». Константин не будет вести себя, как начальник. Он уже дал это понять.
Тихомиров не выдерживает и делает шаг на встречу, вжимая меня спиной в дверь.
— Ну давай, девочка, — шепчет мне в губы. — Посмотри, какой я порядочный и терпеливый. Все будет так, как ты скажешь. Я не буду давить. Я же вижу, что ты хочешь ко мне… Что ты — вся моя.
Наши дыхания сбиваются. Губы сближаются.
— Вы уже давите, — нахожу в себе силы и уворачиваю от него лицо. — Это ваша суть, Константин Петрович.
Перехватывает мою правую руку и целует, скользит губами, будто случайно останавливаясь на безымянном пальце.
Вырываю. Рано или поздно он меня сломает. Я не вывезу сопротивления.
— Пойдёмте, Константин Петрович, нас с вами ждут миллионы…
Делаю шаг в бок, освобождаясь от его плена.
— Трусишка, — цокает Тихомиров языком. — Ладно… Пусть у тебя будут эти три дня.
Глава 29. Чудо-женщина
Назима
— Ну-ка дай мне посмотреть, — Сапронов забирает у Александра Александровича очки виртуальной реальности и надевает их себе на голову, радуясь, как мальчишка. — И что? — Неустойчиво покачиваясь, машет руками в воздухе.
— Я правда любовный водный транспорт выбрать могу?
— Да, — отвечает ему Константин. — От катера до крейсера.
— Глянь, Саныч, как настоящие, — восклицает Дмитрий Семёнович.
— Молодец Семка твой, — сжимает юбиляр предплечье Анны Ивановны, — Тарас бы гордился. Я помню, как он радовался, что у меня девка, а не пацан. Все боялся, что по нашим стопам пойдёт. Кстати, почему Семен сам не приехал?
— У него жена тяжело токсикоз переносит, — отвечает Анна Ивановна.
— Жена? — Удивлённо переспрашивает супруга юбиляра, отвлекаясь от разговора с Сапроновой. — А мы и не знали, что Сёмен женился.
— Я и сама не знала, Верочка, — отмахивается Анна Ивановна. — Бессовестный. Даже в ЗАГСе матери порыдать не дал. Сказал, что случайно вышло. Пошутил, а Марика согласилась. Ну а слово сына офицера назад не заберёшь…
Смеются.
— А наша разве не такая же? — подкатывая глаза, вступает в разговор жена Сапронова. — Люблю не могу.
