Отцу тогда было двадцать два. А женился он десять лет спустя.
Никогда об этом не задумывался…
Можно ли считать это аргументом в пользу того, что где-то бродит мой неучтённый родственник?
Не знаю.
Отец был слишком рациональным. Слишком… ледяным, под стать своей магии. Семьёй он обзавёлся поздно. Возможно, Эльдбергам суждено созревать к браку в зрелые годы. Как у меня с Эмилией, у родителей была большая разница в возрасте. Даже больше – четырнадцать лет. Мама была дебютанткой на рынке невест в тот год, когда папа решил жениться.
Как и в случае родителей Эмилии, кстати. Мама была красивой, из хорошего рода, третий ребёнок, за ней давали богатое приданое. Идеальный брак – с точки зрения здравого смысла.
И мне всегда казалось, что отец относился к нему как к деловому проекту.
…Кто же мог подумать, что ему так не повезёт с наследником?
Наконец я добрался до нужной страницы. Чтобы не испачкать случайно папину вещь, я переписал пропись на листок и вернул книжку на место.
Лаборатория располагалась этажом ниже, между кабинетом и библиотекой.
Не знаю, зачем в замке нужна такая огромная лаборатория. Точнее, понятно, что в те времена, когда Драгаард жил полноценной жизнью, она активно использовалась. Здесь готовились снадобья и яды, смешивались и закреплялись краски для рукоделий, которыми славились здешние места. Да мало ли что ещё было востребовано в хозяйстве большого семейства?
Вот когда у меня появятся дети, я обязательно найму хорошего учителя, чтобы их научили зельеварению.
Нечего такому богатству простаивать!
Я положил на лабораторный стол листок с рецептом – в знак серьёзности намерений – и прошёлся вдоль стеллажей. Ингредиентов для зелья было нужно немного, и, к счастью, всё обнаружилось. Отлично! Я, по своей безалаберности, в прошлый визит даже не позаботился взглянуть, не нужно ли чего докупить.
Единственное, что меня оправдывало, – внезапность происходившего. Внезапность брака, внезапность отъезда обратно в столицу и из столицы в замок.
Все решения были спонтанными и никакому планированию не подлежали. Но всё завершилось удачно.
Завтра вместо пьесы прямо с утра займусь зельем. Одна мысль, что на это потребуется как минимум полдня, пробуждала во мне отчаяние.
…А ещё это было больно. Боль я тоже не любил.
Зато я исполню долг перед супругой и родом!
Это должно было меня воодушевить, но лишь большим грузом упало на плечи.
Мысль о долгах напомнила об обещании, данном Эмилии.
