Еля захотела сразу вырваться, но у неё не получилось.
— Я хочу только поговорить, — нахмурился Колин. — Не вырывайся, я не причиню тебе вред. Сейчас я держу себя в руках, а пока ты моя пара, я... сильнее тебя — это магия оборотней.
Друзья стали вновь бросать в их сторону хмурые взгляды, а Криста сжала кулачки и приняла свирепый вид.
Еля молча вздохнула и перестала вырываться, чтобы не накалять обстановку. Горячие ладони оборотня почти обжигали спину через тонкую ткань рубашки.
— Ты нежная, хрупкая, ранимая девушка, тебе нужен сильный мужчина рядом, который сможет заботиться о тебе.
Если ты будешь со мной, то не будешь знать ни в чем нужды, я признаю всех наших детей, они все станут наследниками, я... — Колин не мог остановиться, давая обещания.
— Нет, — тихо ответила Еления, которая теперь внимательно смотрела в синие глаза оборотня. — Пожалуйста, отпусти меня.
— Почему «нет»? — рвано выдохнул Колин. — Ты хочешь стать только женой?
— Нет, — повторила Еля и покачала головой, чем очень удивила оборотня, ожидавшего другого ответа.
— Дело не в этом, — она не отводила глаз от потемневших от волнения и непонимания глаз Колина. — Я хочу стать единственной для своего любимого мужчины, а ты не сможешь мне этого дать.
Взгляд мага на мгновение стал озадаченным, будто он никогда не задумывался об этой стороне статуса ластаны.
— Если бы ты просто не мог жениться вообще ни на ком, это была бы одна ситуация, и, возможно, в этом случае я смогла бы согласиться на статус ластаны, — Еля постаралась вложить в свой взгляд мягкость.
— Если бы полюбила тебя. Понимаешь?
Колин замер — он и раньше понимал, что Еля не влюблена в него, но открытое признание девушки убило его.
— Тогда я стала бы единственной женщиной в твоей жизни. Любимой женщиной, — она тихо вздохнула и отвела взгляд. — Но быть той, кем ты мне предлагаешь... Извини, это не для меня. Я не смогу делить своего мужчину с другой, даже если этот мужчина богатый наследник и военный маг.
Оборотень вдруг снова с силой сжал её в объятиях, дыхание Ели перехватило, глаза парня потемнели ещё больше, став из синих почти чёрными, а потом он резко разомкнул объятия и отпрянул от Ели, словно она стала заразной.
Еля сделала два шага назад, во взгляде вновь плескалась настороженность.
Колин медленно кивнул каким-то своим мыслям. Красивое лицо стало непроницаемым.
— Я услышал тебя, — мрачно ответил он.
— Хорошо, — тихо прошептала Еля, понимая, что ему, вероятно, очень плохо сейчас.
